Тень Луны. Море Тени - Фуюми Оно
– Заткнись! – Ёко вскочила на ноги и вскинула перед собой меч.
– Ой, боюсь-боюсь, – зашлась истерическим смехом обезьяна. – Ты так скучаешь по своим родителям, верно? Даже по таким, как у тебя.
– Не желаю тебя слушать.
– Я понимаю, девочка. Не то чтобы ты так жаждала увидеть своих родителей, ты просто хочешь вернуться обратно в тёплый дом, к своим приятелям.
– Что ты пытаешься этим сказать?
– Тебя точно не волнует, что родители предали тебя? – довольно захихикала обезьяна. – Ты уверена? Как по мне, так для них ты просто аналог домашнего питомца.
– В смысле?
– Ты для них что-то вроде кошки или собаки. Всё идёт хорошо, пока ты ведёшь себя спокойно и вежливо, но укусишь хозяина или погрызёшь мебель, и они побьют тебя, потому что им нужно заботиться о своей репутации. А если бы общество не защищало таких щенят, как ты, многих из вас давно придушили бы собственные родители.
– Это просто смешно.
– Разве? – Обезьяна посмотрела на Ёко, широко распахнув глаза, словно дразня её. – Возможно. Родители так гордятся тем, что любят своих детей. Ой нет, прости, я выразился неправильно. Тем, как они прикидываются любящими родителями. Вот чем все они гордятся больше всего.
Обезьяна воодушевлённо взвизгнула. Этот звук резанул Ёко по ушам.
– Ах ты…
– Это же и к тебе относится, верно?
Ёко замерла с поднятым мечом.
– Прикидываться хорошей девочкой было весело, правда? Потому что так ты могла положиться на своих родителей и принимать за правду всё, что они тебе скажут, верно? Но в глубине души ты осознаёшь, что, если не послушаешься их, тебя накажут. Так чем же ты лучше собаки, которая пытается заработать милость своего хозяина?
Ёко прикусила губу. Она никогда не боялась физического наказания. Но боязнь того, что на неё накричат, не позволят купить что-нибудь, что она хочет, перестанут с ней разговаривать или накажут как-нибудь ещё – все эти вещи сдерживали её. Так что она постоянно ориентировалась на отношение своих родителей, сама того не осознавая.
– То, что ты была хорошей девочкой, – ложь. Ты вовсе не была хорошим ребёнком. Но ты боялась, что родители отвергнут тебя, так что стала удобным ребёнком для них. И то, что твои родители хорошие, – тоже чушь собачья. Какие же хорошие родители будут постоянно оглядываться, боясь того, что люди скажут о них за спиной? Думаешь, что кучка лжецов, объединённых вместе по какому-то признаку, не предаст друг друга? Нет, ты точно предашь своих родителей, а они обязательно предадут тебя. Так устроены люди. Мы постоянно лжём друг другу, а преданный в итоге предаёт предателя.
– Ах ты, чудовище!
Обезьяна весело рассмеялась.
– Ох, как ты теперь выражаешься. Да-да, я чудовище. Но я честное чудовище. Я никогда не лгу. В этом мире лишь я один никогда не предам тебя. Грустно, что именно мне приходится тебе это объяснять.
– Заткнись наконец!
– Нет, нет, домой ты не вернёшься. Лучше уж умереть. Но если тебе не хватит смелости умереть, тогда лучше найди себе смысл жизни получше. – Обезьяна окинула взглядом Ёко, которая всё ещё держала перед собой меч. – Я скажу тебе ещё одну истину. У тебя нет здесь союзников. Есть только враги. Даже Кэйки – враг. Твой живот пуст, а ты хочешь жить с комфортом? Он тебе не поможет. Вместо этого почему бы не воспользоваться этой штукой в руках, чтобы облегчить кошельки пары прохожих?
– Помолчи уже!
– Тут и там, куда ни посмотри, все нечисты на руку. Добудь и ты себе немного денег. Этот путь точно ведёт к жизни получше.
Ёко взмахнула мечом в направлении хохочущей обезьяны, но перед ней уже никого не было. Лишь отзвук смеха доносился до неё из темноты.
Ёко опустилась на землю и прижала руки к лицу. Между скрюченных, как когти, пальцев катились слёзы.
Глава 31
Когда заходило солнце, она брала в руки меч и защищалась. Приходили враги, и случались битвы. Утром она находила подходящее место для сна и засыпала. Так она и жила.
Она уже привыкла сжимать в одной руке драгоценный камень, а в другой меч. Когда врагов не было, она садилась отдохнуть. Когда они нападали с большими промежутками, она продолжала идти вперёд. Если людей рядом не было, она выла и стонала, словно раненый зверь.
Голод заполнял собой все её мысли. Он стал частью её сознания. Когда она начала всерьёз опасаться умереть с голоду, то попыталась освежевать ёма. У их мяса был странный неприятный запах, Ёко не смогла заставить себя даже поднести его ко рту. Изредка ей попадались дикие животные. Если удавалось их убить, она пыталась поесть, но её желудок разучился переваривать твёрдую пищу.
Так Ёко проживала бесчисленное количество ночей в ожидании рассвета.
Она свернула с дороги, собираясь забраться поглубже в горы, споткнулась о древесный корень и покатилась вниз по длинному склону. Оказавшись у подножия холма, она уснула прямо там, отогнав все сомнения. Она даже не разведала окрестности.
Ёко спала без сновидений. Проснувшись, она обнаружила, что не может встать, сколько бы ни пыталась. Ёко лежала в низине, покрытой редким лесом. Солнце уже садилось, до наступления ночи оставалось совсем немного.
Если она останется здесь, не в состоянии встать или даже пошевелиться, то отправится на обед к первому попавшемуся ёма. Даже если ей повезёт, Дзёю отобьёт максимум одну-две атаки, после чего тело станет окончательно бесполезным и превратится в нерабочий инструмент.
Ёко впилась ногтями в землю. Нужно вернуться обратно на дорогу, чего бы ей это ни стоило. Если она не вернётся на дорогу и не найдёт помощь, она умрёт здесь.
Приподняв голову, она огляделась в поисках драгоценного камня. Но даже нащупав его и сжав изо всех сил, она не смогла воткнуть меч в землю, чтобы опереться на него и встать.
– Никто не придёт тебе на помощь, – неожиданно раздался голос неподалёку.
Ёко повернула голову в его сторону. Она впервые слышала этот голос в светлое время суток.
– Почему бы тебе не устроиться здесь поудобнее, а?
Ёко могла сосредоточиться лишь на шерсти обезьяны, которая блестела, словно осыпанная чем-то. В голове крутилась единственная мысль: почему он показался ей сейчас?
– Даже если тебе удастся
