Не хочу, как Русалочка! - Ольга Ивановна Коротаева
— Ваше величество! — Женщины заломили руки и опустились на колени. Они заговорили все разом, ведь никому не хотелось вызывать гнев морского царя. Тот был так же безжалостен к жёнам, как и настойчив с Урсулой. Вот только в поднявшемся гвалте было трудно что-то понять, кроме одного — в последний раз Ариэль видели у пещеры морской ведьмы.
И Тристрид метнулся туда, где пряталась от него желанная добыча.
Урсула была сильной, и её колдовство не позволяло царю проникнуть в пещеру без разрешения ведьмы. Но сегодня он легко вплыл внутрь и замер при виде множества картин, на которых было изображено лишь одно лицо.
Нетрудно догадаться чьё!
Рассвирепев так, что поверхность моря взбурлила и огромные волны поглощали утлые судёнышки жалких людишек, Тристрид разнёс убежище Урсулы, не оставив от скалы, в которой была пещера, камня на камне.
Уничтожив все картины, с трудом перевёл дыхание и приказал верным крабам, которые следовали за своим царём:
— Ищите угрей. Они должны знать, куда отправилась ведьма!
Там будет и Ариэль, царь не сомневался в этом. Видимо, дочь после очередной ссоры с Урсулой решила исполнить то, о чём мечтал сам Тристрид. Убить человечишку! Ведь это разобьёт сердце ведьмы, и она больше не сможет сопротивляться морскому царю.
Вот только глупышка Ариэль, желая помочь отцу, могла пострадать сама!
Глава 35
Эттриан
Возвращаясь к месту, где оставил Ариэль, я вдруг заметил брата. Дэйжин бежал так, будто за ним гнались все дикие кошки Номура.
Что случилось?
Миг посомневавшись, я крикнул помощнику:
— Отыщи Ариэль и приведи в мои покои!
— Что⁈
Нейг округлил глаза, но мне некогда было объяснять, что передумал и хочу жениться на русалке сам. До утра ещё много времени, значит, Ариэль пока ничего не угрожает. А вот Дэйжин мог вляпаться в очередные неприятности.
Я побежал, высматривая брата, и заметил, что тот входит в таверну. Отшвырнув при этом владельца, который решил поприветствовать важного гостя. Мелькнули мысли о Зелоте, который, скорее всего, остановился здесь.
Не к добру всё это.
Котлийцы были невероятно хитры и изворотливы. В морском братстве ходили байки, что неопытные продавцы, рискнувшие впервые вступить в торги с представителями Котлийи, чаще всего оказывались без товара и по уши в долгах.
Я припустил быстрее, чтобы предотвратить катастрофу международного масштаба, как внутри обнаружил и Дэйжина, и котлийца, и — к великому огорчению — Ариэль. Девушка сидела за столом и смотрела на злого принца Вазриана, а тот в свою очередь вжимал Зелота в стену и что-то засовывал ему в рот.
— Дэйжин, что ты творишь? — прошипел я и, оглянувшись, захлопнул дверь.
При виде меня Зелот встрепенулся и, изворачиваясь, улучил момент, чтобы просипеть:
— Помогите!
— Если собрался травить котлийца, надо было закрыть двери, — не обращая внимания на Зелота, продолжил я. — А теперь у тебя куча свидетелей, и отец будет недоволен. Может, перенесёшь расправу на другой день?
— Кто говорит, что я собираюсь его отравить? — хищно ухмыльнулся Дэйжин. — Лишь хочу, чтобы он съел то, чем собирался угостить Ариэль.
Я изумлённо глянул на девушку, а она виновато пожала плечами.
— Как можно?..
— Я уже объяснил ей, — перебил меня Дэйжин. — Если передумал мешать, тогда помоги!
Вынув кинжал, я приставил его к груди котлийца, но он упрямо отворачивался, отказываясь глотать еду. Пришлось немного надавить, чтобы на белоснежной рубашке выступила кровь. Ариэль вскочила и испуганно прижала ладони к щекам, а Зелот наконец сдался.
Когда Дэйжин убедился, что тот проглотил всё, до крошки, то отпустил котлийца. Зелот осел на пол и, мечтательно улыбнувшись, обнял себя руками. Жалобно посмотрел на меня:
— У вас есть зеркало?
— Думаешь, мы испортили твою смазливую мордашку? — ухмыльнулся я и, цапнув со стола зеркало, протянул мужчине. — На, любуйся!
К моему изумлению, Зелот жадно схватил его и уставился на своё отражение, рассматривая со всех сторон.
— Как же я хорош! Само совершенство! Жаль, нельзя жениться на самом себе…
Мы с Дэйжином растерянно переглянулись.
— Он хотел, чтобы Ариэль стала самовлюблённой идиоткой⁈
Девушка прыснула в кулак и помотала головой, знаками показывая что-то.
— Да-да, — отмахнулся Дэйжин. — У тебя очень изящные пальцы, русалка!
Ариэль в сердцах топнула и прижала ладонь ко лбу. Я же задумчиво произнёс:
— Или же эр напичкал еду приворотным зельем?
— Так Ариэль должна была влюбиться в него⁈ — хохотнул Дэйжин и махнул рукой. — Пусть теперь сам себя… любит! А девушка выйдет за меня.
— Нет. — Я наградил брата тяжёлым взглядом. — За меня.
— Что⁈ — У Дэйжина глаза на лоб поползли. — Ты сам просил жениться на ней.
— Передумал, — объяснил, осторожно перемещаясь к Ариэль.
Зная брата, легко предположить, что тот вот-вот взорвётся от гнева, и чем это закончится, неизвестно. Лучше нам с русалкой немедленно исчезнуть, потому что лицо наследного принца уже начало наливаться кровью.
Перехватив кинжал поудобнее, брат криво ухмыльнулся.
— Я не привык делиться игрушками, Риан. Даже с тобой!
Он двинулся на меня, и я приготовился к новой драке, как вдруг раздался страшный звон, и в стороны посыпались сверкающие осколки.
Распахнул шире глаза, Дэйжин медленно обернулся, а русалка, которая стояла за ним с медной рамой разбитого зеркала в руках, снова замахнулась и ударила.
— Ариэль! — бросился я к ней.
А брат рухнул на колени. По его щеке скользнула алая струйка. Губы принца шевельнулись:
— Потрясающая девушка!
И Дэйжин рухнул лицом в пол.
— Ты что делаешь⁈ — возмутился я, проверяя, жив ли брат. — Ты же могла его убить!
Русалка отбросила погнутую раму и, коснувшись крови принца, коснулась испачканным пальцем моего кулона.
«Что этому медведю сделается? Полежит, отдохнёт… Может, поумнеет к утру. А мне замуж надо, если ты не забыл. Или передумал жениться?»
— Как раз об этом думаю, — буркнул я. — Судя по всему, ты не женой хочешь стать, а сразу вдовой.
Глянув, как Зелот, рыдая, собирал осколки зеркала, а Дэйжин всхрапнул, я вздохнул:
— Впрочем, вариантов теперь нет. Здесь остался лишь один более-менее вменяемый принц. Осталось решить, где взять двух свидетелей, и можно искать жреца.
Тут на пороге, едва переводя дыхание, появился Нейг. В руках моего помощника, шевеля отростками и мигая глазками, сидел краб русалки.
— Есть свидетели! — выдохнул Нейг.
И мы двинулись к портовому жрецу, который жил в маленькой хибарке. Он опрыскивал зельями корабли, провожал в последний путь погибших моряков и иногда соединял любящие сердца. Не отказался и сейчас.
Зевая, он бормотал что-то невразумительное и качал брачным жезлом, когда краб вдруг выдал мужицким
