Северный Альянс - Вячеслав Киселев
Три пехотных полка, общей численностью пять тысяч человек, блокировали лагерь пруссаков с трех сторон жиденькой цепью, будучи в готовности перестроиться в каре, для отражения атаки кавалерии. Десять тысяч всадников, под командой Потоцкого, обходили спящий лагерь по заранее разведанным проходам и атаковали его с юга. Оставшиеся пять тысяч гусар составляли резерв Суворова. Батарея капитана Раевского из двенадцати новых орудий прикрывала левый фланг, а остальные пятьдесят обычных орудий – правый.
Эффект неожиданности, этот неизменный спутник суворовских атак, опять проявил себя с убийственным результатом. Атака Потоцкого посеяла в лагере хаос и панику, превратив дисциплинированных прусских гренадеров, попавших под слом шаблона, в объятую ужасом толпу. Это было просто избиение младенцев, а отдельные группы разбегающихся пруссаков успешно ликвидировались окружившей лагерь пехотой. Пленных сегодня не брали.
***
На счастье Фридриха, его личная охрана все же сумела собрать вокруг себя небольшую группу солдат и прорваться через жиденький заслон по направлению к лагерю кавалерии, расположившемуся километрах в пяти от основного лагеря. Фортуна опять благоволила ему.
Услышав звуки боя в лагере Фридриха, Зейдлиц тут же поднял лагерь по тревоге и уже начинал выводить своих кирасир на опушку леса для формирования железного кулака, способного переломить ход неудачно начавшегося сражения.
Десять кирасирских полков, в числе которых были все четыре элитных, имеющих имена собственные (Лейб-кирасирский, Жандармский, Лейб-карабинерный и Корпус телохранителей), это почти девять тысяч прекрасно подготовленных всадников на превосходных конях, противостоять которым во встречном сражении на открытой местности было делом весьма хлопотным.
Спасшийся Фридрих и его брат Генрих Прусский прибыли к боевым порядкам кирасир, как раз перед началом атаки, и в этот момент фортуна решила, что королю пришла пора платить по просроченным счетам и отвернулась от него окончательно и бесповоротно. Третьего чуда Бранденбургского дома не произошло.
Батарея Раевского расположилась на пригорке на окраине Диршау, в полутора километрах от того места, где находился Фридрих, и будь она вооружена обычными орудиями, то не смогла бы нанести такой сокрушительный удар в самый выгодный момент, по скученным и неподвижным кирасирам. Но, на несчастье Фридриха, это было не так.
Раевский, отследив в подзорную трубу завершение сосредоточения, взмахнул рукой и над кирасирами разверзся ад! Двенадцать шестифунтовых картечных гранат, несущих в себе по сотне чугунных пуль, взорвались над их головами практически одновременно, а в это время прекрасно обученные русские канониры уже отправляли в полет следующую порцию гостинцев. Первый же залп пришелся в центр построения, где Фридрих собрал командный состав для уточнения плана атаки. Король, Генрих Прусский, Зейдлиц и большинство старших офицеров были убиты наповал. Всего же, три залпа, пришедшихся в огромную неподвижную мишень, практически уполовинили боевой состав прусской кавалерии.
К чести кирасир, даже после гибели командиров, младшие офицеры смогли начать свою самоубийственную атаку, правда уже неспособную повернуть ход сражения вспять. Батарея Раевского продолжала вести, конечно уже не так эффективно, фланговый огонь по кавалерийской лаве, пытающейся достичь пехотных каре поляков, а в это время наперерез ей с гиканьем ринулся в бой резервный полк коронных гусар.
***
Не зря говорят, что наши недостатки, это продолжения наших достоинств и наоборот. То, что было преимуществом прусского государства в Семилетней войне, когда армией командовал сам король, которому не требовалось запрашивать в столице мнение по вопросам ведения войны, в этот раз привело к катастрофе.
Ведь, что такое прусское государство времен Фридриха Великого и его отца Фридриха Вильгельма, создавшего такую систему. Это было не государство, у которого имеется армия. Нет, это была армия, базирующаяся на определённой территории, обеспечивающей армию необходимыми ресурсами. Поэтому потеря армии автоматически приводила к коллапсу государственности на этой территории. А доведенная до абсурда централизация, при которой король лично занимался решением всех вопросов и никому ничего не доверял, делала этот коллапс, в случае смерти короля, быстрым и необратимым.
После геноцида прусской армии в битве при Диршау, армия Суворова быстро очистила от пруссаков все балтийское побережье, включая устье Одера, и, так называемую «новую марку», часть курфюршества, находящегося на восточном берегу Одера. В свою очередь, Потоцкий оперативно направил гонцов к австрийцам, чтобы по-соседски проинформировать о том, что их злой гений отправился к праотцам, и у них появляется прекрасная возможность вернуть Силезию в родные пенаты.
Мелькнув на небосводе мировой политики яркой, но короткоживущей звездой, Пруссия еще раз подтвердила правоту римской пословицы «nil permanent sub sole», что означает «ничто не постоянно под солнцем», исчезнув с карты Европы, не просуществовав на ней даже ста лет.
Потоцкий же, вернувшись в Варшаву и пользуясь своей небывалой славой, ну и конечно наличием победоносной армии, решил двухвековую проблему польской политики, добившись от сейма отмены «Liberum veto», принципа парламентского устройства, который позволял любому депутату сейма прекратить обсуждение вопроса в сейме и работу сейма вообще, выступив против. После этого, провести через сейм, простым большинством голосов, решения об увеличении численности коронной армии с восемнадцати до сорока пяти тысяч и передаче, как договаривались, восточных земель России, былом делом техники.
Глава 6
– Да, Иван Николаевич, однако заварили вы с Суворовым кашу! – вздохнула Екатерина, выслушав мои новости о делах в Курляндии и рассказав мне о разгроме прусской армии и смерти Фридриха Второго.
– Насколько я знаю Екатерина Алексеевна, после Петра Великого и Карла Двенадцатого, Фридрих был единственным монархом, постоянно участвовавшим в боевых действиях. А пуле без разницы, король ты или простой солдат. Так что для него такой исход был более, чем вероятен! – пожал я плечами.
– В этом вы конечно правы, – махнула она рукой, – но его неожиданная смерть резко изменила расстановку сил в Европе. Весьма возможно, что австрийцы попытаются отбить Силезию. Это может повлиять на наши дальнейшие планы!
(Австрийцы, как и предполагала Екатерина, не преминули воспользоваться появившимся окном возможностей и генерал Лаудон, разбив в паре приграничных сражений прусский корпус прикрытия, через месяц торжественно вступил в освобожденную столицу Силезии Бреслау)
– А что наследники Фридриха? У него, насколько я помню, детей нет, но неужели все Гогенцоллерны закончились и некому королем Пруссии стать? – удивился я.
– Королем в Пруссии! – автоматически поправила она меня, думая о чем то
