Личный враг императора - Василий Иванович Сахаров

Мой дядюшка Роберт Нестеров оказался еще глупее, чем я предполагал. Он любил роскошную жизнь и умел тратить деньги, но не имел таланта и желания их зарабатывать, да к тому панически боялся походов в Отстойник. По этой причине в роду его не уважали. Но выгонять тоже не собирались. Ждали, что он сможет отломить кусок от наследия Маргариты Яновны. Вот только у него ничего не вышло. После чего родственники стали открыто над ним насмехаться, и грозились насильно запихнуть его портал. Если выживет, есть шанс, что принесет семье пользу, а сгинет, туда ему и дорога. А пару дней назад Роберт, узнал, что поместье Маргариты Яновны и часть ее земель переоформляются на меня. И он решил, что именно я, Вальдер Хортов, виновник всех его бед. Поэтому подбил трех дружинников семьи напасть на меня и убить, за что выплатил каждому по двадцать тысяч рублей и пообещал потом еще столько же.

Идиот. Роберт самый натуральный придурок. Как и те вояки, которые ему поверили. Моя смерть ничего бы дядюшке не дала. Ведь имущество все равно осталось бы в роду Хортовых. Тогда зачем это все? Как-то глупо. Даже для такого паршивого человечка, как Роберт. По этой причине я стал искать в плане дядюшки второе дно. И оно нашлось. Деньги. У Роберта просто не могло оказаться шестидесяти тысяч рублей. Для него это неподъемная сумма. Следовательно, он задумал акцию не самостоятельно, а с чьей-то подачи. Но разбираться с этим я не стану. Пусть у главы рода Нестеровых голова болит, когда ему наш патриарх выкатит претензию. Ну и немножко у Федора Максимовича Хортова, который отвечает за СБ…

Больше в этот день неожиданностей не происходило. Мы отправились в аэропорт и благополучно долетели до Ростова. Потом добрались в Раздорскую и вечером посетили ужин, который организовала моя мама. Хорошо пообщались, душевно, обсудили столичную жизнь и вспомнили Маргариту Яновну. А потом я поиграл с сестрами и полчаса разговаривал с Никитой, которого вместе еще с двумя молодыми представителями нашего рода на днях отправляли в столицу для знакомства с Валерией Андреевной. Я дал брату несколько советов, как вести себя с принцессой и даже похвалил ее, мол, красивая умная девушка. А затем отметил, что родич завелся. Настрой у него боевой и он был готов к знакомству с потенциальной невестой. Ну а я его подбодрил, и велел, в случае наездов со стороны бояр, посылать всех на три буквы и против сильных противников, пока он не системщик, не выходить.

Ночь провел с Катей, которая изголодалась по ласкам, а утром был плотный завтрак и короткое прощание с девушками. После чего, так и не дождавшись вызова к патриарху или сообщений о ходе расследования по покушению Роберта Нестерова на меня, я выдвинулся к Новочеркасскому порталу. Впереди меня ждали новые локации и общение с Системой. На душе спокойно и, ощущая постоянное незримое присутствие магического истока, который был готов в любой момент поделиться с хозяином своей энергетикой, я был уверен, что в этом рейде совершу очередной прорыв вперед. Как по уровням, так и в плане понимания Системы.

* * *

– Паша, это твои проблемы, – глядя в монитор, из которого на него смотрел глава рода Нестеровых, с явным раздражением в голосе, сказал Максим Петрович Хортов. – Член твоей семьи попытался убить моего правнука. Тут разговаривать не о чем. Поэтому выбор у тебя небольшой. Либо война, которую ты быстро проиграешь. Либо материальная компенсация и выдача виновника.

– Максим, я тебя услышал и не возражаю, – воспользовавшись паузой, вставил глава Нестеровых. – Я признаю, что все тобой сказанное, правда. И я не против компенсации. Однако Роберта мы найти не можем. Как в воду канул, никчемный пес. Мы его ищем. Но шансов немного. Где можно, уже все проверили. Нет его. Совсем нет. Нигде. Поэтому гарантию, что мы его найдем, я давать не стану.

– А деньги у него откуда появились, разобрались? – спросил Максим Петрович.

– Да. Неожиданный выигрыш на рулетке в казино «Лазурные берега». Есть у нас такое в Воронеже. Обнаружили чек и поговорили с владельцем. Он подтвердил, что три дня назад Роберт поднял сто тысяч.

– Кто владелец казино?

– Эдуард Самойлов.

– Знаю его. Мы с ним тоже поговорим. Вот не верю я в неожиданные выигрыши больших сумм. Особенно если выигрывают неудачники вроде Роберта.

– Я тоже, – поддержал Максима Петровича глава Нестеровых. – Но нам даже видео из зала, где шла игра, показали. И свидетели есть.

– Ладно, разберемся. Компенсацию перечислишь в равных долях. Одну на общий счет клана Хортовых. Другую Вальдеру. Реквизиты тебе сбросят.

– Понял тебя, Максим. Еще раз прими мои извинения.

– Всякое бывает, Паша, – кивнул Хортов. – Извинения приняты. Отбой.

Сеанс видеосвязи прервался и Максим Петрович, откинувшись на спинку кресла, посмотрел на Федора Максимовича, который во время разговора находился в кабинете.

– Где Вальдер? – спросил патриарх сына.

– Помчался в Новочеркасск, к порталу.

– Он тебя предупреждал?

– Да, сбросил дежурное сообщение и заявку на сопровождение. А что, следовало его задержать?

– Нет, – Максим Петрович покачал головой. – Пусть повышает уровни. Ему это нужно и сейчас самое время. Благо, пока все относительно спокойно, если не считать этого глупого покушения и того, что мы принимает участие в формировании добровольческого корпуса против Магриба.

Краткая пауза и Федор Максимович спросил:

– Когда наших женихов для принцессы в Москву отправлять?

– Послезавтра. Жить станут в столичном особняке. Два месяца для знакомства с Валерией, пока Вальдер не вернулся на учебу, им должно хватить.

– Отец, а зачем Вальдера вообще возвращать в университет? Да и задумка с его женитьбой на принцессе, честно говоря, так себе. Ты ведь знаешь, как он к императору и его семье относится.

– Знаю. И считаю, что все сделано правильно.

– Не пояснишь подробнее?

– Запросто. Я не профессиональный психолог, но жизненного опыта у меня более чем достаточно. Поэтому я понимаю, что происходит с Вальдером. Он многое пережил и стал ярко выраженной антисоциальной личностью. Ему плевать на законы, и он готов убивать без долгих размышлений, при этом не испытывая чувства вины, пренебрегает социальными и моральными нормами, которые считает вредными для достижения цели, и равнодушен к чувствам тех, кого не считает своими. Перечислять можно долго и, в общем-то, все мы, системщики, тоже антисоциальные элементы. Часто творим такое, что обычным людям никогда в голову не придет и в любой момент готовы сорваться. Но наши рейды кратковременны, самый длинный, какой я помню, длился полтора месяца. Это рекорд. А Вальдер бегал