Союз Сталина. Политэкономия истории - Василий Васильевич Галин

Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 189

творчества, чтобы вывести страну из экономического тупика… Строительство должно направляться ясным, глубоко продуманным экономическим планом, преследующим общее развитие производительных сил страны, а не местными и частными интересами, с какой бы энергией они не проводились»[1257].

Задача восстановления и развития страны, на основе общехозяйственного плана, была впервые поставлена В. Лениным в конце 1919 г. — в тот момент, когда едва только наметился перелом в гражданской войне[1258]. Гражданская война еще шла, но уже 6.02.1920 ВЦИК ставит вопрос о плане электрификации: «… для Советской России впервые представилась возможность перехода к более планомерному хозяйственному строительству, к научной выработке и последовательному проведению в жизнь государственного плана для всего народного хозяйства»[1259].

Для реализации плана ГОЭЛРО в 1921 г. был создан Госплан. И уже на следующий год после введения НЭПа: в марте 1922 г., на XI съезде партии, Ленин заявил, что отступление кончено, и выдвинул лозунг: «Подготовка наступления на частнохозяйственный капитал». «Мы год отступали. Мы должны теперь сказать от имени партии — достаточно! Та цель, которую отступление преследовало, достигнута. Этот период кончается, или кончился. Теперь цель выдвигается другая — перегруппировка сил»[1260].

* * * * *

Переломным, по словам Троцкого, стал 1923 г.: с этого времени все более «обостряются наметившиеся уже раньше в правящей партии разногласия по вопросу о взаимоотношении между промышленностью и сельским хозяйством»[1261]. Успехи НЭПа вообще ставили вопрос о том, в каком направлении движется страна: вперед к социализму или наоборот откатывается назад к капитализму. Знаковой в этом отношении работой являлась брошюра Троцкого 1925 года «К социализму или к капитализму?»: «выиграть время в этом вопросе значит выиграть все. Поскольку мы имеем в нашей экономике борьбу капиталистических и социалистических тенденций…, — пояснял Троцкий, — можно сказать, что исход борьбы определяется темпом развития обеих тенденций»[1262].

Аграрная революция

Созидательное разрушение — главная движущая сила экономического прогресса, нескончаемая буря, разрушающая бизнес и человеческие жизни, но по ходу этого создающая более продуктивную экономику. За редким исключением, единственный способ повысить выработку на единицу времени — направить ресурсы общества в те области, которые дают наивысшую отдачу на вложения, или говоря более формально, направить валовые накопления населения… на финансирование самых современных технологий и организаций.

А. Гринспен, А. Вулдридж[1263]

Сила этой бури определяется степенью отсталости общества: чем более отсталым, по сравнению с конкурентами, оно является — тем, более глубоким и масштабным будет разрушение, и тем более мучительным процесс созидания.

Коллективизация

Переход от мелкого индивидуального крестьянского хозяйства к крупному общественному хозяйству в деревне. Это и есть отныне наша основная практическая задача.

В. Молотов, XV съезд ВКП(б), 12. 1927[1264]

С окончанием гражданской войны и введения в 1921 г. НЭПа производство хлебов быстро восстанавливалось. В те годы «руководители, — вспоминал Троцкий, — успокоительно твердили, что товарный голод изживается, что предстоят «спокойные темпы хозяйственного развития», что хлебозаготовки будут впредь протекать более «равномерно»…»[1265]. Проблемой оставалась крайне низкая товарность мелких полунатуральных крестьянских хозяйств.

«Актуальнейшим вопросом настоящего времени, — указывал в этой связи в 1925 г. предсовнаркома А. Рыков, — является развитие производительных сил деревни, изживание «военно-коммунистических» методов руководства крестьянской массой…»[1266]. «Восстановление сельского хозяйства неизбежно связывается с увеличением батрачества в деревне и развитием аренды земли…, — пояснял он, — Если мы хотим обеспечить дальнейший экономический рост деревни, нужно создать условия для вполне легального найма батраков и облегчить аренду земли… При предоставлении условий для свободного накопления в кулацких хозяйствах увеличивается темп накопления во всем хозяйстве, быстрее возрастает общенациональный доход»[1267].

Переход же от «натуральных докапиталистических и частично — капиталистических форм хозяйствования к социалистическим», может быть достигнут, указывал Рыков, только на основе кооперации, но здесь «основной путь лежит через сферу обращения, задача кооперирования крестьянства заключается в организации и объединении его, как товаропроизводителя (на базе развития потребительской и кредитной кооперации). Противоположная точка зрения, выставляющая главнейшей задачей непосредственное обобществление процессов сельскохозяйственного производства (обработка земли, совместное владение скотом, инвентарем и т. п.), представляется менее правильной»[1268].

Первый удар по этим идеям нанес кризис хлебозаготовок 1925 г. Для выполнения плана пришлось применять меры «военного коммунизма»: «За недоимки срывали крыши с хат, взламывали двери погребов, заливали печи водой, чтобы их нельзя было топить в морозные дни, забивали окна досками, лишая людей света, их не допускали к колодцам за водой, отказывали в приеме молока на молокозаводах, лишали медицинской помощи, исключали из школы детей, чьи родители подвергались бойкоту и т. д.»[1269].

«Ошибочность планов хлебозаготовок, ошибочность экспортно-импортных планов, теперь уже привела к сокращению кредитных планов и к пересмотру плана развертывания нашей промышленности в очень значительных размерах… — отчего все это произошло? Это произошло оттого, что мы, — приходил к выводу в декабре 1925 г. наркомфин Г. Сокольников, — переоценили наличные возможности твердого планового руководства, что мы переоценили значение своих планов, что мы хотели продиктовать такие планы хозяйства, которые благодаря огромным силам элементов товарно-анархических, элементов мелкобуржуазного характера оказались невыполнимыми»[1270].

«Рост кулака далеко обогнал общий рост сельского хозяйства, — отмечал этот факт Троцкий, — Политика правительства, под лозунгом: «лицом к деревне» фактически повернулась лицом к кулакам»[1271]. При этом, «совершенно ясно выкристаллизуется психология, идеология того крестьянства, которое, — отмечал Л. Каменев, — не хочет давать нам хлеб в том размере, который нам нужен для развития социализма, не хочет давать хлеб по той цене, по которой нам, как рабочему государству, было бы выгодно, да и им в конце концов было бы выгодно…»[1272].

«Рост кулачества испугал видных участников правящей группы, Зиновьева и Каменева, не случайно бывших председателями советов двух важнейших пролетарских центров: Ленинграда и Москвы». В результате Зиновьев и Каменев со своими сторонниками примкнули к оппозиции 1923 года («троцкисты»). Против выступили правые (Рыков, Томский, Бухарин), которые наоборот «требовали предоставить больше простора капиталистическим тенденциям деревни, повысив цены на хлеб, хотя бы за счет снижения темпов промышленности». В этой оппозиционной борьбе, отмечал Троцкий, сталинский «курс на крепкого фермера одержал победу»[1273].

Поясняя свою позицию и подводя итог дебатам, развернувшимся на XIV съезде партии, Сталин приходил к выводу, что «в связи с вопросом о крестьянстве у нас наметились в партии два уклона. Уклон в сторону преуменьшения кулацкой опасности и уклон в сторону ее преувеличения…». Опасны оба уклона, но второй опаснее — «уклон — в сторону переоценки кулацкой опасности… Странное дело! Люди вводили нэп, зная,

Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 189