Лаврентий Гурджиев - Сталин шутит…

Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 74

75

В 1942 году столичная гостиница «Москва» стала огромным общежитием многих представителей творческой интеллигенции. На одной из посиделок, которую устроил известный кинематографист Роман Кармен, произошло знакомство его красивой и пылкой жены Нины (между прочим, дочери видного партдеятеля Е.М. Ярославского-Губельмана) с Василием Сталиным.

Между ними возник бурный роман, отчего настоящий Роман пришел в отчаяние. И написал письмо Сталину, чтобы тот призвал сына к порядку и вернул ему жену. Не будем выяснять и обсуждать моральные критерии и ценности семейной пары. Заострим внимание на сталинском ответе обманутому супругу. Он был короток: «Мужчина должен уметь сам защищать свою честь, а не писать жалобы».

Одновременно Сталин дал указание прокурору СССР В.М. Бочкову: если выяснится, что имел место факт похищения, судить сына по закону[18]!

Главный законник страны вызвал Василия. Состоялся не лишенный оттенков клоунады допрос.

– Проживает ли у вас гражданка Кармен – жена гражданина Кармена?

– Проживает.

– Почему она у вас живет?

– Сам не знаю.

– Это правда, что вы ее не отпускаете?

– Что вы, пусть уходит – пожалуйста.

Когда отцу доложили о проведенном дознании, он покачал головой и, приговаривая «вот подлец, вот подлец», синим карандашом начертал резолюцию:

«1. Эту дуру вернуть Кармену. 2. Полковника В. Сталина посадить на 15 суток строгого ареста».

Конец трагикомической истории выглядит так: блудный сын вернулся к отцу, блудливая жена – к мужу.

Во время войны Сталин поручил заместителю наркома нефтяной промышленности Н.К. Байбакову в кратчайшие сроки открыть и задействовать новые нефтяные месторождения на востоке. Когда Байбаков возразил, что это невозможно, и перечислил причины, почему, Сталин осветил проблему с другой стороны:

– Будет нефть – будет Байбаков, не будет нефти – не будет Байбакова.

Вскоре начали работать на победу месторождения в Татарии и Башкирии.

Кроме шуток. Недобросовестные авторы ссылаются на эту историю, как на пример кровожадности вождя. Но в сталинских словах не было угрозы расстрела – только юмор, хотя и жестковатый. В действительности все упиралось в компетентность руководителя: справляешься – значит, по праву занимаешь свое место, не справляешься – освободи его для других. Во всяком случае, сам Байбаков в своих мемуарах рассказал, когда именно от товарища Сталина услышал, что его, замнаркома, могут расстрелять. И это была совсем другая история.

Нарком оборонной промышленности Б.Л. Ванников перед войной был арестован. Обвинения предъявили серьезные, но в конечном итоге они не подтвердились. Уже шла война, когда его освободили, привезли к Сталину, который приказал ему вновь возглавить только что образованный наркомат боеприпасов.

– Завтра явлюсь в наркомат, вчерашний зэк… Какой у меня будет авторитет среди подчиненных?

– О вашем авторитете мы позаботимся, – успокоил его Сталин.

Утром, когда Ванников приехал на работу, на письменном столе в его кабинете лежала «Правда» с Указом о присвоении ему звания Героя Социалистического Труда.

Маршалу авиации А.Е. Голованову на фронте сообщили, что к нему приехал А.Н. Туполев. Надо было обсудить кое-какие вопросы, связанные с новым туполевским бомбардировщиком. Привезли авиаконструктора под охраной. Голованов вспоминал: я даже не знал, что он арестован, осужден, а он вошел и улыбается… Вскоре Голованов был на приеме у Сталина. В конце встречи маршал прямо спросил:

– Товарищ Сталин, за что сидит Туполев?

– Говорят, что он шпион.

Но маршал почувствовал, что в голосе Сталина было колебание. И тогда он решился спросить:

– А вы в это верите, товарищ Сталин?

Сталин внезапно перешел на «ты»:

– А ты веришь?

Голованов твердо ответил:

– Я – нет.

– Ты знаешь, и я не верю…

Налет самоиронии очевиден. Но главное, что Туполев на следующий день был на свободе.

Еще один случай, где тоже все представляется далеко не смешным. Однако присутствует великолепная ирония и самоирония.

Лучший фронтовой бомбардировщик второй мировой войны Ту-2 начал проектироваться А.Н. Туполевым еще до нападения Германии. С началом войны стало налаживаться его производство. Потом оно прекратилось, поскольку возникла большая нужда в истребителях. Тем не менее вскоре стало ясно, что полное прекращение выпуска Ту-2 является ошибкой.

В 1943 г. в конструкторское бюро позвонил Сталин и сказал:

– Вновь запускаем в серию ваш бомбардировщик.

В ответ Туполев не удержался:

– Я же говорил, товарищ Сталин, самолет нельзя было снимать с производства.

– А вы злопамятны. Сами виноваты.

– Что я мог сделать, таков был Ваш приказ…

Прежде чем положить трубку, Сталин сказал:

– Нужно было жаловаться на меня в ЦК[19].

Во время войны Сталин пригласил к себе конструктора артиллерийских систем В.Г. Грабина. Можно долго рассказывать об этом непревзойденном русском, советском таланте, о великолепных образцах созданного им оружия, опередившего свое время. Но ограничимся всего одним фактом: грабинское 76-миллиметровое орудие ЗИС-3 признано самой лучшей и самой массовой пушкой Второй мировой войны.

Сталин был приветлив, но короток. Шутить не собирался.

– Ваша пушка спасла Россию. Вы заслужили высокой награды. Выбирайте сами – звание Героя Социалистического Труда или лауреата Сталинской премии?

– Как сочтете нужным, товарищ Сталин, а мне все равно.

В.Г. Грабину дали и то и другое. Вождь разбирался в людях и его юмор по отношению к ним бывал не только добрым, но и овеществленным.

В 1944 году войска 1-го Прибалтийского фронта под командованием генерала армии ИХ Баграмяна первыми вышли к побережью Балтики. Чтобы преподнести это радостное событие как можно более пафосно, Баграмян лично налил в бутылку балтийской воды и велел своему адъютанту лететь с ней в Москву к Сталину. Но пока тот летел, немцы контратаковали и отбросили наши войска от моря.

К моменту прилета адъютанта о немецком контрударе в Москве уже были осведомлены, но сам посланец ничего не ведал. И вот гордый адъютант входит в кабинет Сталина, щелкает каблуками и торжественно провозглашает: «Товарищ Сталин, генерал Баграмян посылает Вам воду Балтики!»

Сталин взял бутылку, повертел ее, после чего вернул адъютанту со словами:

– Отдайте обратно командующему и скажите, пусть выльет там, где взял.

Адмирал И.С. Исаков (Исаакян) вернулся из инспекционной поездки на Север, где строился крупный военный объект. Но дорога к нему никуда не годилась. Через болото провели шоссе, которое шевелилось, когда проезжали машины. Хуже того, вместо строительства полноценной железной дороги, уложили железнодорожное полотно прямо поверх шоссе.

Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 74