Наташа Северная - Клеопатра и Цезарь. Подозрения жены, или Обманутая красавица
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69
Мы весело болтаем, шутим, безобидно подтруниваем друг над другом.
Любовь переполняет мое сердце. Как хорошо, что нас так много! И что мы так дружны! Надежное и верное плечо – самая большая награда, которая может быть дана человеку в жизни.
В каком-то искреннем порыве я вскакиваю, подхожу к Беренике, крепко обнимаю и целую ее. Она радостно и довольно хохочет.
Потом я подхожу к старшей Клеопатре – обнимаю и целую ее, затем к Арсинои, Александру, старшему Птолемею, младшему Птолемею.
Они дружно смеются.
– Теперь мы тебя.
Шесть холодных мечей вонзаются в мое сердце. Небо темнеет, поднимается сильный ветер.
– За что? – еле слышно шепчу я.
Надо мной склоняется лицо Осириса. Как же он прекрасен… Его мудрые глаза полны печали.
– Нельзя предавать! – твердо говорит он мне. – Никогда нельзя предавать!
Я хватаю его за руки.
– Пить, я хочу пить!
– Из тебя течет кровь, пей ее, – безразлично отвечает он.
Я слизываю кровь с рук, с платья, и во мне начинают пробуждаться какие-то животные инстинкты. Мои руки превращаются в безобразные когтистые лапы, зубы становятся желтыми клыками, и я опускаюсь на четвереньки.
Протяжный вой исторгается из моей глотки.
В кого же я превратилась?
7– Тебе подарок, Цезарь.
– Это интересно, показывай.
Отойдя от окна, Цезарь с любопытством разглядывал сирийца.
– Неужели милые и добрые александрийцы решили порадовать такого скромного и добродушного воина, как Цезарь, – иронично произнес римлянин.
Находящиеся в зале римские военачальники и легионеры дружно захохотали.
– Берегись, Цезарь, из мешка может выскочить убийца, – предостерег один из них.
– Пока вы преданы мне, смерть бессильна!
Римляне одобрительно отозвались.
– Ну, что ты там, сириец? Отчего так долго?
– Сейчас, господин.
Аполлодор развязал ремень. Сначала он увидел черные волосы Клеопатры, а затем ее большие глубокие глаза, испуганно и вопрошающе на него взирающие. Какую глупость она придумала! Сейчас их арестуют, а завтра – казнят. Глубоко вздохнув, советник помог опальной царице выбраться из мешка.
В то же мгновение в зале раздался гул удивления.
– Кто это?
– Что ты задумал, сириец?
– Что ей здесь надо?
Цезарь поднял руку – стало тихо. Он был удивлен не меньше своих воинов.
– Я как чувствовал, что ты непростой сириец.
– Я главный советник царицы Клеопатры, – почтительно ответил Аполлодор. – А это, – он указал на надменно стоящую Клеопатру, – моя царица.
По залу вновь прокатился гул удивления.
– Да как такое возможно?!
– Он обманул тебя, Цезарь!
– Их нужно арестовать!
– Тише! – прикрикнул Цезарь. – Оставьте нас все!
– Но Цезарь, а если у нее нож! – резонно заметил один из легионеров.
– Она пришла не за моей смертью, а за своим троном. Я прав?
Клеопатра высокомерно кивнула, стараясь ничем не выдать своего удивления. Что за странный человек? Как быстро он ее разгадал! Она спокойно смотрела в зал, но на самом деле никого не видела. Страх и отчаяние душили ее. Только сейчас, находясь среди римлян и слушая их возмущенные голоса, Клеопатра поняла, в какую смертельную авантюру она ввязалась. Ладно она! Но Аполлодор! Его она тоже подвергала смертельной опасности. Царица напряженно ждала решения Цезаря.
– Оставьте нас! – властно повторил Цезарь.
Легионеры направились к выходу.
– Смотри, Цезарь, как бы ты потом об этом не пожалел.
– Кричи погромче, если что!
– Непременно! – отозвался Цезарь.
Клеопатра не верила своим ушам. Возможно ли, чтобы воины так вольно и свободно разговаривали со своим повелителем и полководцем? А его это совсем не оскорбляет, и, судя по всему, он считает это вполне приемлемым. Какой странный человек…
Клеопатра посмотрела на Аполлодора. Как быть? Если она его отпустит, то останется наедине с Цезарем – человеком опасным и странным, в чем она только что убедилась. Но тогда зачем она все это затеяла? Если сделала первый шаг, следует идти до конца. Поглощенная в свои мысли, Клеопатра не сразу обратила внимание на то, что в зале, кроме нее, сирийца и римлянина, никого не осталось. Цезарь сидел в кресле и очень внимательно ее рассматривал. И вдруг ей стало стыдно. Ведь этот человек рисковал так же, как и она. Он же не знает наверняка, что она без кинжала и злых намерений! Он первый отпустил своих людей, оставшись беззащитным. Так мог поступить только истинный царь.
– Аполлодор, ты свободен, – спокойно произнесла Клеопатра, не сводя глаз с Цезаря.
Сириец почтительно склонился.
– Оставляю вас, госпожа.
Цезарь и Клеопатра молча смотрели друг на друга. Но молчание это было не напряженным и натянутым, как бывает между врагами или незнакомыми людьми, а спокойным и умиротворенным, как случается между людьми, которые пришлись друг другу по нраву, но еще этого не поняли.
Хлопнув себя по коленям, Цезарь весело воскликнул:
– Так вот ты какая, Клеопатра! Твои добрые друзья столько ужасов о тебе рассказали, что я представлял тебя не иначе как Горгоной. А ты оказалась смелой и умной женщиной!
Клеопатра готова была ответить что-то дерзкое, но Цезарь так наивно и безобидно сравнил ее с Горгоной, что она весело рассмеялась.
– Ну, садись рядом со мной!
Клеопатра почувствовала облегчение. Смех снял внутреннее напряжение, а добродушное и искреннее гостеприимство Цезаря окончательно настроило ее на мирный лад. Какой странный и удивительный человек был перед ней!
Сев в кресло из красного дерева, инкрустированное драгоценными камнями, Клеопатра внимательно посмотрела на римлянина. Цезарь был одет в обыкновенную тогу из белой шерсти, на ногах были кожаные сандалии, на левой руке – золотой перстень с печаткой, лавровый венок прикрывал лысеющую голову. Волевое и умное лицо было открытым и жизнерадостным, этот человек не умел совершать подлые и мелкие поступки, а проницательный и глубокий взгляд проникал в самую суть чужого сердца. Казалось, он способен в одно мгновение познать все секреты и тайные желания другого человека, но, нужно отдать ему должное, Цезарь осторожно и бережно обращался со своим талантом. Судя по облику, это был сильный, решительный и целеустремленный человек. В то время Цезарю было пятьдесят два года.
Впрочем, больше всего Клеопатру поразил нос Цезаря. Это был настоящий римский нос – прямой и длинный. «А ведь мы похожи! – с удивлением подумала царица. – Лицо, нос, несомненно, похожи».
Немного наклонившись вперед, Цезарь произнес доверительно:
– Ты можешь мне открыться. Я не выдам ни одной твоей тайны. Более того, я с большим интересом выслушаю тебя.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69
