Кадеты и юнкера в Белой борьбе и на чужбине - Сергей Владимирович Волков

Ознакомительная версия. Доступно 51 страниц из 337

Выйдя на 5-ю Солдатскую улицу, они заняли Воскресенскую церковь и приготовились к бою. Красные, следившие за ними, дали знать чехам, которые решили провести разоружение сами. Когда к церкви подошли три машины с чехами, то с первых двух никто не смог соскочить: 3 пулемета скосили начисто их команду. С подходом к чехам подкреплений и бронеавтомобиля с орудием участь боя была решена: 5 лент на пулемет, наличный запас патронов, 15 юнкеров – все это было чувство, а не расчет. После того как патроны были расстреляны, пришлось сдаться. Как ни странно, но юнкерам ничего не сделали, а только отправили в училище. (Сведения портупей-юнкера Киселева.)

Челябинская кавалерийская школа

Отсутствие стоянок кавалерийских полков в Поволжье, в Сибири и на Урале – были только александрийцы[518] в Самаре, литовцы[519] в Симбирске, каргопольцы[520] в Казани и приморцы[521] в Раздольном – привело к тому, что, за недостатком кавалеристов, кавалерийские полки комплектовались пехотными офицерами. Эскадрон Оренбургского училища при штате в 75 юнкеров не мог покрыть недостачи, что привело к необходимости сформировать Челябинскую инструкторскую школу, в составе 2 эскадронов – учебного и юнкерского. Штат эскадронов – по 80 человек. Форма школы: синий погон, защитная рубаха, алые чакчиры и походная амуниция.

В Челябинске школа размещалась в здании спичечной фабрики, а после оставления города была эвакуирована в Омск и размещалась там, до похода, в казармах артиллерийской бригады. При оставлении города 14 ноября 1919 года школа выступает в Великий Сибирский поход, в котором, после Красноярска, попадает в конвой генерала Каппеля, так как его конвой погиб целиком при взрыве на станции Ачинск. При этом взрыве, устроенном красными (7 вагонов пороха и 29 цистерн бензина), погибло 1400 человек, а станция перестала существовать. Под Канском только школа могла произвести разведку и выяснить обстановку. В марте месяце школа приходит в город Читу и размещается в здании гимназии, где размещается сотня и инженерная рота Ч.В.У., откуда в апреле 1920 года выступает в поход под Сретенск. Так как в Чите юнкера были произведены за поход в корнеты, то дальше эскадрон существует как «эскадрон Бартенева», который в прежнем составе несет боевую службу при попытке очистить Восточное Забайкалье от красных. Борьба за Сретенск и т. д. хотя не принесла потерь в личном составе, но тяжело отразилась на конском. Под давлением японцев наше командование заключает с красными Могзонское перемирие, и наступает почти 4-месячное затишье. В это время эскадрон Бартенева перебрасывается в Приморье, где входит в состав организуемого Пластунского полка. Вначале в Приморье прибывает не так много, так как на Китайско-Восточной железной дороге многие пошли на работу в тайгу и, только не выдержав тяжести ее, вернулись обратно. Вследствие этой переброски эскадрон при расколе на гродековцев и каппелевцев оказался в гродековской группе войск, в составе частей генерала Хрущева[522], в которой выделялся своей формой. Зимой 1921/22 года эскадрон участвует в Хабаровском походе, после которого часть корнетов поступает в Корниловское военное училище – в конный взвод, которым командовал ротмистр Бартенев. В составе этого училища они принимали участие в боях под станцией Свиягина, городом Спасском и в последних боях за Приморье. Величая «штурмовые ночи Спасска», красные, понятно, замалчивают тот факт, что юнкерам на бой выдали по 40 патронов, и это было еще хорошо: 1-й Пластунский стрелковый полк 13 октября 1922 года под Монастырищами получил только по 15.

Материально школа была обставлена сносно. Довольствие было достаточное: утром чай с хлебом, обед из 2 блюд, ужин тоже из 2 блюд. С учебной частью дело обстояло не так благополучно: если уставы имелись в достаточном количестве, то тактика, иппология, артиллерия и прочее проходилось по запискам; несколько исправляло положение то обстоятельство, что в составе преподавателей были профессора Академии Генштаба – генерал Христиани[523], Колюбакин[524], Шильников.

Первое время начальником школы был полковник Титов, оренбургский казак, позднее – ротмистр Бартенев. Учебным эскадроном командовал ротмистр Карпенко, младшие офицеры – ротмистр Карнеев, штабс-ротмистр Ляпунов, штабс-ротмистр Кить. (По сведениям корнета N.)

Гардемаринский класс Сибирской флотилии в 1921–1922 годы

Специфические условия Владивостока в 1920 году – наличие японской оккупации, которая смягчалась ревнивым контролем их американцами и англичанами, при существовании местной красной власти, не имевшей ни силы, ни возможности осуществлять свои права, давали возможность противникам большевиков действовать в том или другом направлении. На суше это было образование в Гродекове в июне 1920 года «Отряда войсковой обороны» Уссурийского казачьего войска, на море – увод старшим лейтенантом Чухниным[525] минного заградителя «Патрокл», 900 тонн, 15 августа 1920 года и уход с ним за границу. Увод произошел следующим образом. «Патрокл» должен был идти по маякам, для службы снабжения. Когда все работы были закончены, грузовые люки были задраены по-походному, приняты уголь, вода и провизия, команда получила время для отдыха перед походом. На борту осталась только очередная вахта и вахтенный начальник, остальные же были уволены на берег. Ночью старший лейтенант Чухнин – сын адмирала Чухнина, с 12 своими сподвижниками ворвался на «Патрокл», поднял пары и вышел в море. У Скрыплева оставшаяся команда была выстроена, и ей было предложено на выбор: или остаться на корабле, или сойти на берег. Часть решила вернуться во Владивосток, их погрузили с вещами на шлюпку и ссадили на берег.

«Патрокл» после этого взял курс на Гензан. Несмотря на то что на корабле был поднят Андреевский флаг, японцы в Гензане отнеслись к нему подозрительно и переменили свое отношение к нему только тогда, когда атаман Семенов заявил, что берет корабль под свою ответственность и на свое содержание. После этого «Патроклу» было разрешено перейти в Нагасаки. После свержения власти коммунистов во Владивостоке, 27 мая 1921 года, «Патрокл» вышел из Нагасаки и пришел обратно в первых числах июня 1921 года.

Во Владивостоке из могущих ходить кораблей была сформирована снова Сибирская флотилия, однако и материальная часть, и внутреннее положение были крайне печальными. Личный состав делился на семеновцев, каппелевцев и умеренных – тех, кто был на службе при красных. Материальное состояние 12 миноносцев, ветеранов войны 1904–1905 годов, канонерской лодки «Маньчжур», буксира «Свирь», минных заградителей «Патрокл», «Улисс», «Магнит», «Батарея», «Взрыватель», тральщиков «Парис» и «Аякс», транспорта «Охотск» и полдюжины катеров было самое печальное: все требовало самого серьезного ремонта, а денег не только что на ремонт, но даже на покупку угля правительство Меркулова не отпускало. Если наши при красных увели «Патрокла», то красным удалось

Ознакомительная версия. Доступно 51 страниц из 337