Майкл Льюис - Moneyball. Как математика изменила самую популярную спортивную лигу в мире

Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 87

Но фиаско Билли само по себе не настолько интересно, насколько были интересны попытки объяснить эти провалы. Его товарищ по команде и друг Крис Питтаро говорил: «Билли был настолько же сильным игроком, как и все остальные, с кем я играл. Он никогда не позволял своему таланту управлять собой и вел с ним неравный бой». Школьный тренер Билли Сэм Блэйлок сказал, что «у Билли все получилось бы в бейсболе, если бы у него были “нематериальные активы” – побольше уверенности в себе. Я убежден, что Билли мог бы стать настоящей звездой на олимпе профессионального бейсбола. Это не пустые слова. Он был редким талантом. Если бы он захотел, то мог бы даже стать питчером в Главной лиге». Скауты, которые были о семнадцатилетнем Билли высокого мнения, обсуждали двадцатипятилетнего Билли странным образом – так, словно Билли стал именно таким, каким они ему и пророчили стать, и только порча или сглаз виноваты в том, что отсутствовали результаты статистики, которые могли бы это все доказать. У Пола Уивера было на это следующее мнение: «У парня все данные. Но некоторые парни так никогда и не понимают, как пользоваться тем, чем они щедро одарены. У Билли не было внутреннего чутья, которое ведет тебя от тренировки к тренировке, от игры к игре и позволяет меняться и расти. А именно в этом – суть игры». Роджер Джонгвард говорил о Билли: «У Билли был талант, он мог бы его употребить на то, чтобы стать суперзвездой бейсбола. Он был игроком типажа Майка Шмидта. Внутри него случился какой-то сбой. Я думал, что у Билли все в порядке. Но оказалось, что это не так – Билли перестарался. Он все время заставлял себя играть. Он не мог расслабиться».

В бывалых бейсбольных кругах все сошлись во мнении, что провал Билли Бина был связан не с его физическими данными, а с психологическими проблемами. Его ум просто вытеснил его природные способности. Он не мог расслабиться и плыть по течению. И в этой ситуации было неудивительно, что старшее бейсбольное поколение решило, что Билли нужен «мозгоправ».

Ну, вот, собственно, к кому отправили Билли. Сама идея приглашать психотерапевтов для работы с бейсболистами была заново открыта клубом «Окленд Эйс» в начале восьмидесятых[31].

Первым представителем новоиспеченной профессии стал харизматичный Харви Дорфман, бывший учитель частной средней школы, у которого была некоторая теоретическая подготовка по части психологии. На пару с Карлом Куэлом, координатором команды низшей лиги клуба «Окленд», Дорфман написал книгу «Психология игры в бейсбол». Это позволило ему надеть бейсбольную форму и попасть на скамейку для выведенных в аут игроков, где Дорфман мог в реальном времени работать с целым букетом ментальных воплей выведенных в аут игроков. Куэл не располагал временем, которое зачастую требовалось потерявшим самообладание игрокам, чтобы снова обрести внутреннее равновесие. Как рассказывал Куэл: «Если вы начинали швырять игровое оборудование или что-то еще, что попадало вам под руку, то вы автоматически становились “клиентом” Харви, хотелось вам того или нет». Самым эффективным «разрушителем», которого когда-либо видели бейсболисты, был Билли – сама судьба отправила его в руки Харви. Первое впечатление, которое сложилось у Харви о личности Билли, состояло в том, что парень ведет странную игру в прятки с одолевающими его злыми демонами и что он удачно прячется от этих демонов за ширмой профессионального бейсбола. По мнению Дорфмана, «бейсбольные организации не понимают, что в отношении определенной категории особо талантливых игроков, у которых возникают проблемы с проигрышем, нужно смириться и ждать, пока такие игроки возмужают. Это большая ошибка – спешить, пытаясь бежать впереди паровоза. Таким игрокам нужно дать время, чтобы их провал не превратился в публичное унижение. Их важно учить смотреть на все в перспективе: что бейсбол – это важно, но на нем свет клином не сошелся. Важно, чтобы такой игрок понял, что существенно не то, вывели тебя в аут из игры или нет, а то, что ты себя безупречно ведешь на бейсбольном поле, когда соревнуешься с противником. Такие парни верят в свой талант, но не верят в себя. Они воспринимают себя через призму своих статистических результатов. Результаты плохие – и они воспринимают себя как ничтожество. Такие парни никогда не вырабатывают в себе механизмов адаптации и преодоления, потому что им никогда ничего не приходилось преодолевать и ни к чему не приходилось адаптироваться».

Мнение Билли о себе очень отличалось от мнения Дорфмана. Бейсбол не сдался под напором его характера. Билли считал, что это все полная чушь, что его характер – или, точнее, его эмоциональную предрасположенность – невозможно изменить. «Знаете, если что-то не случилось, – говорил Билли, – это и не должно было случиться. Если у вас не получилось, значит, изначально неоткуда было взяться чему-то, что позволило бы вам добиться успеха». Все попытки психологической работы с ним он считал полной чушью: «Спортивный психолог – это костыль, оправдание тому, почему у вас что-то не получилось, а не решение проблемы. Если кому-то нужен психолог, это значит, что в человеке есть слабость, с которой не победить. Само по себе это не недостаток, это становится недостатком на бейсбольном поле». Билли был тем, кем он был. Просто в бейсболе есть свои правила, и он не мог играть по этим правилам. «В том нет ничьей вины, – говорил Билли. – У меня просто не было чего-то необходимого для того, чтобы оставаться в игре».

Во время весенних сборов 1990 года Билли наконец подчинился действительности. Он уже не был мальчиком. Он стал мужчиной. Он женился на своей школьной подруге, и та уже седьмой месяц носила под сердцем их первенца. На Билли висел груз огромной ответственности, и никаких реальных перспектив, которые дали бы ему твердую почву под ногами. Он перекочевал из категории многообещающих игроков в категорию не оправдавших возложенных на них надежд, причем Билли так и не осознал, как такое стало возможным. Но факт оставался фактом – он это видел, поскольку не был слепым. Чтобы понять это, достаточно было посмотреть вокруг. «Былой нарядный глянец сошел, и рядом с новым свежим поколением игроков я выглядел скучно. Мне было двадцать семь лет, а к двадцати семи годам вы по большому счету становитесь тем, кем могли стать в этой жизни». Он расцвел, возмужал, внешне превратился именно в такого мужчину, каким пророчили ему стать скауты. И тем не менее бейсбол словно надломил Билли.

Бейсбол сделал его непригодным для всего, кроме игры. В клубе считали, что Билли, как и все, снимется «с лагеря» в 1990 году и проведет еще один сезон, перебиваясь на скамейке запасных в команде Главной лиги или играя за команду категории ААА в низшей лиге клуба. Но Билли поступил по-другому. Он встал со скамейки выведенных в аут игроков клуба «Окленд», на которой частенько сидел, пошел в главный офис и сказал, что хочет, чтобы его взяли на работу в качестве скаута-«разведчика». «Разведчики» ездили до команды Главной лиги, чтобы определить сильные и слабые стороны соперников. Казалось, для Билли наступал самый расцвет в его профессиональной бейсбольной карьере, а он предпочел стать сторонним наблюдателем и больше не хотел играть в бейсбол. «Я всегда говорил, что мне нравится играть в бейсбол, но я не уверен, что мне действительно нравилось то, что я делал, – говорил Билли. – Я чувствовал себя не в своей тарелке».

Когда пятый защитник внешнего поля пришел с просьбой дать ему место офисного работника, в главном офисе не знали, что ему ответить. Ситуация граничила с чем-то фантастическим, как если бы политик решил не продолжать свою предвыборную кампанию из-за того, что захотел стать членом избирательного штаба, или известный актер вдруг вышел из гримерки и пожелал взяться за обязанности главного рабочего-постановщика. Никто из сотрудников офиса никогда не играл в Главной лиге бейсбола, но все мечтали об этом. Большинство из них отдали бы не только дорогую им перчатку-ловушку, но и пару пальцев в придачу ради того, чтобы хоть один год поносить форму команды, входящей в Главную лигу. Сэнди Альдерсон, генеральный менеджер «Эйс», недоумевал больше остальных: «Никто никогда так не поступает. Никто не говорит: “Я ухожу из профессионального бейсбола. Я не хочу больше играть, а хочу стать скаутом”». Тем не менее Сэнди Альдерсон взял Билли на работу: «Я не думал, что чем-то рискую, так как считал, что скаут-разведчик вообще ничего не делает». Крис Питтаро был вынужден в свое время уйти в скауты из-за травмы. Когда Билли позвонил ему, чтобы сообщить новость, Питтаро подумал, что Билли шутит: «Пока вы в игре, вы всегда надеетесь, что что-то может для вас поменяться в лучшую сторону. Никто никогда не прекращает надеяться. Я тоже верил до самого конца, что удача мне улыбнется. Билли решил уйти сам. И этот поступок просто не укладывался у меня в голове». В конце концов Билли добился того, чтобы услышали то, что он пытался сказать с того момента, как ему исполнилось семнадцать лет: он не хочет играть в бейсбол.

Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 87