» » » » Рандеву - Верхуф Эстер

Рандеву - Верхуф Эстер

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Рандеву - Верхуф Эстер, Верхуф Эстер . Жанр: Триллер. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bookplaneta.ru.
Рандеву - Верхуф Эстер
Название: Рандеву
Дата добавления: 23 май 2021
Количество просмотров: 111
Читать онлайн

Рандеву читать книгу онлайн

Рандеву - читать бесплатно онлайн , автор Верхуф Эстер

Эстер Верхуф одна из самых известных голландских писательниц, пишущих в сравнительно новом жанре — женский триллер. Сразу же после выхода роман «Рандеву» стал мировым бестселлером.

 

Симона и Эрик с детьми переезжают в старинный особняк, чтобы начать новую жизнь. Но вместо прекрасной идиллии их ждет настоящий кошмар. Любовная связь, интриги, шантаж… Самое страшное начинается, когда на пороге появляются полицейские, чтобы арестовать Симону…

 

Кто не мечтает жить на юге Франции? Климат прекрасный, жизнь размеренная, люди доброжелательные. Что еще нужно для счастья?

Симона вместе с мужем Эриком и двумя детьми эмигрируют из Голландии во Францию, чтобы начать новую жизнь. Вскоре Эрика полностью захватывает жизнь французской глубинки, а Симона все чаще остается одна. Именно тогда она и знакомится с Мишелем. Спустя время знакомый Мишеля Петер начинает шантажировать женщину, грозясь рассказать Эрику об ее интрижке. Вскоре Петера находят мертвым, а Симону задерживают по обвинению в убийстве. Все улики против нее. Она догадывается, кто это мог сделать, но не хочет верить в реальность происходящего…

Перейти на страницу:

Я опираюсь руками на унитаз. Желудок судорожно сокращается, и причиняемая этим боль неописуема. Облегчения нет. Только еще больше боли, заставляющей забыть и собственно о тошноте, и о недомогании вообще.

Болит все, будто тело — это единая биологическая система предупреждения, которая пошла вразнос. Как будто я умираю.

Отталкиваюсь от унитаза и сажусь на койку. Тупо смотрю на стену, вижу казенную, окрашенную зеленой краской штукатурку, испещренную трещинами и неясными надписями. Выдолбленные вопли, последние сообщения, химеры, безмолвные свидетельства, оставшиеся от людей, бывших здесь до меня.

Нервы натянуты до предела. Я задыхаюсь. Делаю вдох, но воздуха не хватает. Приступ паники. В последние месяцы такое случалось частенько, но атаки не были столь сильными…

Только без истерики, Симона, без истерики.

Прижимаю руки ко рту и пытаюсь сосредоточиться, дышать как можно спокойнее. Нужно считать. Считаю до трех. Выдох. Вдох. Раз, два, три. Выдох. И еще раз.

Сильный стук в дверь. Он едва доходит до моего перенапряженного сознания. Глазок открывается.

— Мадам?

— Иду, — говорю я, как привыкла за последний год, когда пекарь, или почтальон, или кто там еще что-то приносили, а я не могла достаточно быстро подойти к двери. — Иду.

Тут же до меня доходит неуместность этого ответа. Присутствия духа хватает только на то, чтобы заправить за ухо влажную прядь волос. Руки дрожат.

Засов отодвигается, и в дверном проеме появляется полицейский. Лет двадцати пяти, темноволосый. Что-то жует. На его кожаном ремне висят кобура с пистолетом, наручники и рация.

Он в упор смотрит на меня, и в этом взгляде смешаны осуждение и любопытство.

Я встаю, содрогаясь от тошноты. Упираюсь рукой в стену, чтобы удержаться на ногах.

Полицейский входит в камеру. Кажется, что он парит, будто и не человек вовсе. Ненастоящий, как и моя роль в этом абсурдном спектакле. Дурной сон, очнуться от которого я не могу.

Не может быть. Со мной такое никогда бы не случилось. Это происходит не со мной.

Я поднимаю голову и по его глазам осознаю, что он видит не мать двоих детей, читавшую им вслух книжки, не владелицу престижной chambres d'hotes [1]. Он видит женщину со спутанными, слипшимися волосами, красными пятнами на лице, одетую в футболку, прилипшую к телу. Он чувствует, что я в панике.

Стыдно так, что хочется уползти прочь. Я пренебрегла своей жизнью, проносится мысль в голове. Совсем. Она окончена. Мне тридцать четыре года, у меня было все, и я всем этим пренебрегла. Своей жизнью, жизнью Эрика, жизнью своих детей. А ради чего?

Или, точнее: ради кого?

1

Для меня есть что-то притягательное в старых зданиях. Осыпавшаяся штукатурка, провалившиеся крыши, деревянные и каменные скелеты без окон и дверей. Они кажутся мне трогательными. Неприкрытые и беззащитные, без каких бы то ни было претензий.

Обхожу дом кругом, и меня обтекает его атмосфера. Хочется лечь на спину и раскинуть руки. Как ребенок, который на теплом летнем песке изображает бабочку. Вдохнуть. Вобрать здание в себя.

Я этого не делаю.

Почему мы никогда не делаем того, чего нам действительно хочется?

Слой штукатурки на стенах снаружи был того же цвета, что и покрывало из облаков, сонно и тяжело опиравшееся на вершины холмов. Цемент вспучился от сырости и плесени и весь потрескался.

В некоторых местах он осыпался, так что обнажились желтовато-красные валуны фундамента. Темные прямоугольники, проемы без стекол и наличников, отмечали места, где раньше были окна и двери. Стебли дикого плюща и пурпурного вьюнка свободно вились и внутри, и снаружи.

Я шла по каменным ступеням к дыре в фасаде, среди крапивы и сорняков, пустивших корни в расщелинах. Местами вся эта растительность доходила мне до плеча. Кроссовки промокли.

В старом доме было холоднее, чем на улице. Первое, что я уловила, это запах сырого камня и гниющего дерева. На полу лежали деревянные доски. Стены покрыты облезающей оливково-зеленой краской и бурыми заплесневелыми обоями, которые кое-где отстали.

В просторном холле было темно. Широкая деревянная лестница вела на второй этаж. Конечно, когда-то этот дом был великолепен. Наверное, раньше наверху висела люстра, от которой исходил мягкий мерцающий свет. Я без труда представила себе, как приглушенно разговаривают люди, жившие тут давным-давно. Звучит фортепиано, звенят бокалы.

Я вздрогнула и плотнее завернулась в плащ, удерживая воротник рукой, а потом посмотрела наверх. Двумя этажами выше виднелась черепичная крыша. Через дыры скатывались капли дождя. Они падали к моим ногам.

Я вспоминала этот дом другим.

Может быть, я приукрасила его в своих мыслях с тех пор, как в мае, почти четыре месяца назад, мы в первый — и последний — раз увидели этот дом и сгоряча купили его у английского маклера.

ТРЕБУЮЩИЙ РЕМОНТА ВОСХИТИТЕЛЬНЫЙ СТИЛЬНЫЙ АНСАМБЛЬ НА ВЕРШИНЕ ХОЛМА, ПОСТРОЕННЫЙ В XVIII ВЕКЕ. ОБЩАЯ ЖИЛАЯ ПЛОЩАДЬ — 500 КВАДРАТНЫХ МЕТРОВ. ОСНОВНОЙ ЖИЛОЙ ДОМ (ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО 300 КВАДРАТНЫХ МЕТРОВ) С ОРИГИНАЛЬНЫМИ ЭЛЕМЕНТАМИ (КАМИН, ДУБОВЫЙ ПАРКЕТ), ВИННЫМ ПОГРЕБОМ И БАШНЯМИ. СОБСТВЕННЫЙ ИСТОЧНИК, КОЛОДЕЦ И РАЗЛИЧНЫЕ ПРИСТРОЙКИ, ВКЛЮЧАЯ ГОЛУБЯТНЮ, АМБАР И ТРЕБУЮЩИЙ РЕМОНТА КАМЕННЫЙ ДОМИК ПЛОЩАДЬЮ 60 КВАДРАТНЫХ МЕТРОВ. ПО МЕНЬШЕЙ МЕРЕ 8 ГЕКТАРОВ СОБСТВЕННОЙ ЗЕМЛИ, ИЗ КОТОРЫХ 3,5 ГЕКТАРА ПОД ЛЕСОМ. МАЛЕНЬКИЙ ПРУД. ПАНОРАМНЫЙ ВИД С ХОЛМОВ. ИЗОЛИРОВАННОЕ МЕСТО (БЛИЖАЙШИЕ СОСЕДИ В 1 КИЛОМЕТРЕ), ПОЛНОСТЬЮ ПРИВАТНОЕ, ВСЕГО В 20 МИНУТАХ ЕЗДЫ ОТ ВСЕХ ЦЕНТРОВ ОБЕСПЕЧЕНИЯ И УЮТНОГО ГОРОДКА. АНСАМБЛЬ ПРЕДОСТАВЛЯЕТ МАССУ ВОЗМОЖНОСТЕЙ! ОЧЕНЬ ПОДХОДИТ ДЛЯ ИЩУЩИХ ПОКОЯ ИЛИ ДЛЯ УСТРОЙСТВА CHAMBRES D’HOTES ЛИБО ГОСТИНИЦЫ.

В мае деревья и поля были еще в цвету. Белые бутоны, лиловая одичавшая сирень и поля, заросшие желтым рапсом. На чистом голубом небе — солнце. Ни облачка. До самого горизонта виднелось море холмов, окрашенных всевозможными оттенками бледно-лилового и голубого. Ласточки, кружась, ныряли в дом и снова взмывали вверх в поисках пищи или места для устройства гнезда. В высокой траве стрекотали кузнечики. Легкий ветерок разносил запах цветов, сладкий и удушливый. В озере, лежащем ниже, в долине поблизости от леса, не смолкало кваканье лягушек.

Эрик откупорил тогда бутылку бордо, и мы выпили его до последней капли посреди заросшего двора.

Мы вели себя, как обычно ведут люди в подобных ситуациях. Мы опьянели от счастья, и этот хмель кружил нам голову. Это был рай, место, где сказка становится явью. И это было место, где начнется наша новая жизнь.

— Я понимаю, о чем ты думаешь, — услышала я рядом голос Эрика. Он провел рукой по стене и потер зеленовато-бурую субстанцию, которая приклеилась к кончикам пальцев. — Все будет хорошо, вот увидишь. Это просто фантастика, Симона. В самом деле, восхитительно.

Я не знала, что бы следовало сказать в этом случае. В голове вертелось много мыслей.

Мы молча прошли через холл. Наши шаги на дубовых досках заглушали раскаты грома где-то вдалеке. Эрик вошел в левое крыло. Я постояла, пока он не скрылся из виду.

Прямо под балюстрадой, справа от лестницы, располагалась кухня, отделанная желтой плиткой. Там стояла старая белая мебель и была газовая колонка. Трубы, добела окисленные сыростью, змеились по бурым, заплесневевшим стенам. На полу — лужи. Я присела на корточки и прикоснулась к плитке пальцами. Холодно и скользко.

Одну мысль из тех многих, которые меня обуревали, я попыталась прогнать прочь, но не получилось. Я увидела рядом свою мать. Ее неуловимый взгляд остановился на заплесневевших стенах, потом на дырах в крыше, на этих жутких трубах. Мать, в туфлях на высоких каблуках, боязливо обошла лужи, придерживая рукой юбку, — она опасалась, что дорогая ткань запачкается о бесчисленные источники грязи в этом доме. Она ничего не говорила, моя мать. Совсем ничего. Она никогда ничего не говорила, если была в чем-то со мной не согласна, а это случалось частенько. Я вслушивалась в ее молчание и училась различать разные оттенки этого безмолвия.

Перейти на страницу:
Комментариев (0)