Смерть чистого разума - Алексей Королев

Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 139

не поверила доктору, даже когда поняла, что он не может надо мной подшучивать. Госпожа тоже стала сразу очень серьёзна. Всё же живи у русских хоть сорок лет – не поймёшь до конца их логику. “Он четыре раза повторил, мадемуазель Шмидт. Отталкивал поднос с порошком и водой, который подавала ему мадам. Вы уж не обессудьте, окажите мне честь быть моей ассистенткой”. Какая убогая комната. И почти нет одежды. Он беден – почти так же беден, как мой отец, когда приехал из Миттельбрюкена. Но у этого мальчика, как говорит старуха, есть мозги, а значит есть будущее – то, чего никогда не было у моего отца, каким бы хорошим человеком он ни был. Честность, аккуратность и ограниченность. Этого не хватило на своекоштное отделение для меня, а все знают, как в мещанских училищах относятся к казённым пансионеркам. Так что жизнь моя определилась ещё в семь лет. “Красавица немка”… Пфф!

Сейчас четверть шестого. Следовательно, он в бреду уже почти девятнадцать часов. Доктор сказал, что если это действительно кризис, то у мальчика железное здоровье. “И совершенно непонятно, что он делает у меня в пансионе”, – добавил, смеясь. Пирамидон. Если он проснётся, я ему всё расскажу».

* * *

«Разделся я, несомненно, сам. Иначе на мне были бы кальсоны. Дурацкая привычка спать нагишом – Александрин как-то сказала, смеясь, что это, насколько ей известно, от отца. От настоящего отца, разумеется. Но то, что допустимо в Нижней Сванетии, вероятно, выглядит сущей дикостью в Западной Швейцарии. Впрочем, всё пустяки. Главное – слабость. Та странная, почти приятная слабость, которая почти всегда означает отступление болезни. Слабость и пот. Сколько же прошло часов? Или дней? И что здесь делает немка, Господи помилуй?»

– Какое отвратительно питьё. Что это?

– Я не знаю, господин Маркевич. Это приготовил доктор. Думаю, там есть хинин. Вы чувствуете горечь?

– Ещё какую, Луиза Фёдоровна. Но разве у меня малярия?

– Я же не врач, Степан Сергеефич. Ой, простите…

– Господь с вами, Луиза Фёдоровна, я и сам хотел просить вас оставить в покое всех этих «господ». Мне это режет ухо, признаться.

– Вы, молодые люди, все бунтовщики. Но зато у вас легко проходят лихорадки, вы отменно кушаете, легко влюбляетесь и смотрите на жизнь как на необитаемый остров, который вам предстоит завоевать.

– Да вы поэт, Луиза Фёдоровна. Не краснейте, хоть это вам и к лицу. Который сейчас час?

– Без четверти шесть вечера. Скоро подадут ужин. Сегодня четверг, если вы хотите знать.

Маркевич кивнул.

– Признаться, подумал, что проспал больше. Но что же у нас нового? Рассказывайте немедленно. И уберите этот несчастный бульон. Рассказывайте, прошу вас.

И она рассказала.

* * *

Мадам Бушар плакала в своей жизни нечасто. Если не считать детства и девичества, когда слёзы столь дёшевы и сладки, что похожи на рождественский пряник, то можно пересчитать по пальцам одной руки. Перед свадьбой – ну это святое. В полицейском участке в Лозанне, когда, наконец, дошло, что потерянный – или украденный, кто теперь разберёт – кошелёк со ста пятьюдесятью франками никто искать не будет. Когда поняла, что дочка так и останется практически глухонемой. На похоронах мужа. И сегодня.

Она смотрела на инспектора Целебана и не различала черт его лица – так плыло в глазах.

Несколько страниц из записной книжки инспектора Целебана

Записано стенографически

6/VIII-1908. 2:30 пополудни.

Ц е л е б а н. Мадам Бушар, я попросил вас присутствовать при этом разговоре не как мать или опекуна – ваша дочь совершеннолетняя и дееспособна. Но учитывая трудности, которые она испытывает в общении, мне бы хотелось видеть вас в этой комнате.

М-м Б у ш а р. Да, месье.

Ц е л е б а н. Вы хотите видеть ещё кого-нибудь?

М-м Б у ш а р. Да, месье. Хозяина.

М-м Б у ш а р. Мадемуазель?

(М-ль Бушар кивает)

Ц е л е б а н. Мадам, вы спуститесь за доктором Веледницким?

М-м Б у ш а р. Со всем уважением к вам, месье инспектор, мне бы не хотелось оставлять свою Козочку ни на минуту.

Ц е л е б а н. Положим, что так. Спустимся вместе?

М-м Б у ш а р. Нет, месье, ничего этого не нужно. У нас есть звонок. Электрический. Он соединён прямо с кабинетом хозяина.

Ц е л е б а н. А если доктора нет в кабинете?

М-м Б у ш а р. Звонок громкий, он услышит его даже на втором этаже, если будет посещать тех господ, которые не спускаются для бесед в смотровую.

Ц е л е б а н. Хорошо, давайте попробуем. (Спустя некоторое время.) Ещё раз здравствуйте, доктор.

В е л е д н и ц к и й. И вам. Что случилось?

Ц е л е б а н. Сегодня около часа с четвертью в «Берлогу» пришла мадемуазель Бушар и осведомилась обо мне. Примерно в 13:30 в «Берлогу», вызванный мальчишкой, пришёл я. Мадемуазель там, впрочем, уже не было… Мэтр Пулен сообщил мне, что мадемуазель хочет сообщить мне нечто важное – но только в пансионе. Я предложил присутствовать здесь также и мадам Бушар. Мадам пожелала вашего присутствия. Мадемуазель Бушар не возражает.

В е л е д н и ц к и й. Вне всякого сомнения, вне всякого сомнения. Марин, моя девочка…

Ц е л е б а н. Господин Веледницкий, я бы попросил вас пока воздержаться от какого бы то ни было общения с обеими дамами.

В е л е д н и ц к и й. Да-да, инспектор, конечно. Разумеется.

Ц е л е б а н. Итак. Мадемуазель Бушар, что вы хотели мне сообщить?

(Далее следует монолог м-ль Бушар, частично в форме полубессвязной рудиментарной речи, частично – в форме перевода в исполнении м-м Бушар.)

В е л е д н и ц к и й (10 минут спустя). Господи! Марин, девочка!

Ц е л е б а н. Господин Веледницкий, вы не могли бы помолчать? Иначе я попрошу вас удалиться. Итак, мадемуазель, правильно ли я вас понял: 2 августа приблизительно в половине первого вы поднялись в комнату под названием «Лодзь», комнату, занимаемую месье Тер-Меркуловым и вступили с ним в половой контакт, продолжавшийся, по вашим словам, в целом около получаса?

(М-ль Бушар кивает.)

Ц е л е б а н. Вы направились в «Лодзь» сразу же по возвращении из

Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 139