» » » » Марина Серова - Заблудиться в страшной сказке

Марина Серова - Заблудиться в страшной сказке

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Марина Серова - Заблудиться в страшной сказке, Марина Серова . Жанр: Детектив. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bookplaneta.ru.
Марина Серова - Заблудиться в страшной сказке
Название: Заблудиться в страшной сказке
ISBN: -
Год: -
Дата добавления: 5 февраль 2019
Количество просмотров: 310
Читать онлайн

Заблудиться в страшной сказке читать книгу онлайн

Заблудиться в страшной сказке - читать бесплатно онлайн , автор Марина Серова
Телохранитель Евгения Охотникова всегда считала, что у них с тетушкой Милой нет никаких родственников. Но однажды на пороге квартиры возник молодой человек, называющий себя племянником Людмилы Охотниковой. Оказывается, у тетушки был брат, давно покинувший страну, а этот молодой человек – его сын, выросший в Америке. Новоявленный кузен с первого взгляда вызывает у Жени подозрения, а его рассказы кажутся неправдоподобными. Евгения уверена, что он вовсе не тот, за кого себя выдает. Но тетушка Мила очарована Константином. Попытки Жени вывести афериста на чистую воду приводят к ссоре, после чего Евгения вынуждена покинуть дом тетушки и поселиться отдельно. Слежка за подозрительным родственником приводит Евгению на окраину города, где она находит Костю мертвым. Прибывший наряд полиции обнаруживает на его теле странный предмет – и только спецподготовка Охотниковой позволяет вовремя опознать контейнер с биологически опасным материалом – смертельным вирусом…
Перейти на страницу:

– Да уж пора бы, – буркнула я. Не люблю чувствовать себя Петрушкой. Что это такое – из нас троих, сидящих за столом, одна я не в курсе происходящего!

– Костик – сын моего брата, Сергея Охотникова.

Вот так сюрприз!

– Почему я ничего не знаю ни о каком брате?! Значит, мне он приходится дядей? Но ведь ни мои родители, ни ты никогда о нем даже не упоминали!

Мила встала и прошла в свою комнату. Довольно долго тетя шуршала чем-то, открывая и задвигая ящики комода. Все это время мы с Кузеном изучали друг друга. Паршивец даже посмел мне улыбнуться! Наконец Мила возвратилась, прижимая к груди старый альбом в переплете из потемневшего от времени синего бархата.

– Вот! – тетя торжественно выложила на стол увесистый альбом, подняв легкое облачко пыли. Мы с Костиком придвинулись ближе, готовые изучать семейную историю.

Тетя раскрыла альбом на первой странице, и я поняла, что нас ждет история семьи Охотниковых от сотворения мира. Но нет, Мила не стала рассказывать о наших славных предках – кстати, крепостных графа Татищева, а сразу перешла к делу. Перелистав добрых полтора столетия, она открыла альбом на фотографии, где были изображены мы с отцом. Фото сделано во время единственной нашей поездки на юг, за спиной у нас развесистая пальма, на отце дурацкая панама, мне лет пять, я сижу у него на руках и корчу рожи, как обезьянка.

Ну и что в этом таинственного? Прекрасно помню эту поездку. Пару раз я чуть не утонула в море, потому что совершенно не боялась волн, и отцу приходилось не расслабляться на пляже, а зорко высматривать среди визжащей от счастья мелюзги своего непослушного ребенка. Я удивленно посмотрела на Милу.

Взяв чистый столовый нож, тетушка ловко поддела фотографию… И извлекла другую, приклеенную лицевой стороной вниз прямо под той безобидной, с пальмой.

Так, это уже интересно.

На фото был изображен довольно молодой человек, слегка похожий на моего отца. Он стоял на фоне типично советской стены – глухой, серой, с вылезающими из стыков потеками раствора, и курил. Сигарету он держал так, как держат зэки.

– Вот мой брат, Сергей Охотников. Отец Костика и твой, Женечка, дядя.

– Он что, сидел? – несколько невпопад спросила я, подпортив торжественность момента.

Тетя вздохнула:

– Он занимался правозащитным движением и в конце концов получил срок. Небольшой, всего года два.

– Почему так мало? Насколько я помню, за политические статьи давали гораздо больше, – изучая фотографию, пробормотала я. На секунду подняв взгляд, я увидела, что Костик дико на меня смотрит. Ах да, речь ведь идет о его отце.

– Извини! – бросила я парню и продолжила изучение. Фото было сделано явно после тюремного срока. Едва отросший «ежик» волос, пары зубов не хватает. Но человек не выглядел сломленным, наоборот – во всем облике Сергея Охотникова было нечто, что наш инструктор по психологической подготовке называл словом «кураж». Он утверждал, что без этого трудноопределимого свойства не стоит даже браться за опасные дела – будь то грабеж банков, освобождение заложников или разведка. То есть предстоящая специальному агенту операция должна быть тщательно подготовлена, всячески просчитана, риск оценен и взвешен… А «на дело», так сказать, все равно следует идти «с куражом». Пират, ох, пират был этот самый Сергей Охотников! Интересно, чем он занимался?

– Мало?! – возмутилась тетушка. – Нам всем хватило! Сергей всегда доставлял массу неприятностей родителям, а уж когда он сбежал за границу… Хотя ты права. Дело в том, что брат получил срок не по политической статье, а за банальное хулиганство. Во время демонстрации седьмого ноября, в годовщину Октябрьской революции, куда он отправился вместе со своими друзьями, студенты устроили митинг протеста. Сергей был вместе с ними, но по дороге разбил витрину, и его задержал милицейский патруль. В итоге его однокурсники получили большие сроки, а Сережа всего два года. Советская власть всегда была добра к пьяницам и хулиганам…

– А как он попал за границу?

– О, это потрясающе! – оживилась Мила. – В начале восьмидесятых Сережа купил путевку в ГДР и перелез через знаменитую Берлинскую стену! Представляешь, среди бела дня, на глазах у прохожих и пограничников! В него стреляли, но не попали. Так он оказался в ФРГ, а потом перебрался в Канаду.

Вот, я же говорю – пират!

Тетя пригорюнилась и подперла щеку рукой:

– А я так и не увиделась с братом до самой его смерти! Твой папа, Женечка, тот вообще и слышать о Сергее не хотел! Еще бы, у нас всех были такие неприятности! Меня едва не вышвырнули с работы, я долго ходила в «серый дом» и доказывала, что не только не помогала брату, но и ничего не знала о готовящемся побеге. А уж какие проблемы начались у Максима! Ему много лет не давали очередное звание, Максиму с семьей пришлось таскаться по дальним гарнизонам вместо того, чтобы спокойно жить в городе. Только в конце восьмидесятых с него сняли это клеймо, и в отставку он все-таки вышел генералом, как и мечтал.

Так вот кому я обязана своей детской вольницей – дяде Сергею! Прекрасно помню эти дальние гарнизоны. На одном из них мы с подружкой устроили переполох всему полку – прятались на полигоне, изображая «условного противника»!

– А почему Сергей не объявился потом, когда стало можно? – поинтересовалась я.

– Ну, я много раз приглашала его в гости, но он всякий раз отказывался. Сначала его держала семья – в Канаде Сережа женился, родился Костик… У Сергея была какая-то интересная работа… я подозреваю, что-то секретное, такой уж он был человек. Да и погиб он внезапно – поехал в Лондон и там попал под поезд метро.

Так, по крайней мере, теперь я знаю, кого из родни мне благодарить за авантюрную жилку в характере. Наследственность – великая вещь, а я-то все раздумывала, почему абсолютно не похожа по характеру ни на свою мягкую и деликатную маму, ни на скучноватого, очень «правильного» отца. Спасибо дяде…

– Так что я очень обрадовалась, когда Костик связался со мной и попросил разрешения навестить, – закончила свою мысль тетушка. – Ты ведь не будешь возражать, Женечка, если Костя немного поживет у нас?

Ворочаясь без сна на диванчике в гостиной – исключительно неудобном и не предназначенном для ночлега, я раз за разом прокручивала в голове возникшую ситуацию. Мой внутренний голос прямо-таки вопил, что незваный гость – чрезвычайно подозрительный тип. Но у меня не было ни единого доказательства, а потому и ни малейшего шанса убедить в этом тетю, которая с ходу поверила «Костику» и уже приняла его на правах племянника в свое гостеприимное сердце.

Рассказанная парнем история выглядела вполне правдоподобной. В конце концов, у меня действительно был сбежавший за границу дядя, революционер, смутьян и пират. Почему бы парню не быть его сыном? Выглядел Константин как надо, не имелось ни единой мелочи, которая выдавала бы в нем самозванца… Да и зачем это было нужно? Мы с тетей живем достаточно скромно, фамильными бриллиантами не владеем, огромного наследства не ждем… Разве что у Милы есть еще парочка братьев, о которых я не имею понятия…

Но в этом Косте была некая неправильность… Пытаясь ее найти, я и ворочалась без сна. На самом деле моя спецподготовка позволяет мне спать хоть в грязи, хоть по горло в ледяной воде – ну, если нужно для дела. И никакой продавленный диванчик не мог бы лишить меня сна, если бы не эти тревожные мысли.

Раз за разом я вспоминала сегодняшний вечер, анализировала рассказ тети, слова самозванца. В своей комнате сладко похрапывала Мила, из моей комнаты, которую по праву гостя занял Кузен, не доносилось ни звука. И только под утро меня словно подбросило. Я села, вглядываясь в предрассветную темноту. Вот оно!

Меня напрягает странный английский гостя! Хотя в дипломе у меня стоит специальность «референт-переводчик», на третьем курсе я получила предложение, от которого не смогла отказаться, – перешла в спецгруппу «Сигма». Так что, хотя при необходимости я действительно могу вполне профессионально выполнять обязанности переводчика, на деле я специалист совершенно в иной области. В частности, в мои обязанности входит охрана – людей, объектов, грузов. А это значит, я привыкла подозревать всех и каждого.

Так вот, английский этого парня с первой минуты показался мне подозрительным. Он отдавал то ли Бруклином, то ли Бронксом. По крайней мере, мои знакомые-эмигранты, давно живущие в Америке, говорят именно так.

И, честно говоря, русский у него тоже какой-то странный… Ну, это как раз нормально. Потомки эмигрантов часто разговаривают на искаженной, «домашней» версии родного языка. Дело в том, что люди забывают язык довольно быстро. Разумеется, взрослый человек никогда не забудет язык своего детства. Но, попав в новую языковую среду, особенно погрузившись в нее, как говорится, с головой, эмигрант вырабатывает для себя некий сплав двух языков. Особенно это заметно на примере русских, живущих где-нибудь на Брайтон-Бич: «О, такой красивый флэт, прямо за тем корнером, там еще рядом бас-стейшн!» Слова, которые удобнее произносить на английском, вставляются в русскую речь, как бриллианты в кольцо. Слово там, привычный оборот здесь… Так вырабатывается «домашняя» версия родного языка. А уж на каком удивительном русском разговаривают потомки эмигрантов в замкнутых общинах! Старообрядцы из Бразилии, казаки, живущие в Южной Африке, – эти семьи поколениями создавали семьи только среди своих, не смешиваясь с местным населением, и язык сохранили в чистоте – таким, каким привезли его когда-то в эту страну. Жаль только, к современному русскому он имеет весьма отдаленное отношение…

Перейти на страницу:
Комментариев (0)