Клубок загадок и шерсти - Белла Лавгуд
Работников застали в самое неудачное для расспросов время: у них была пересменка. Лора осознала, что совсем упустила из виду стандартный для фабрики режим работы. Это не восьмичасовая смена в библиотеке с перерывом на обед и парой часов внеурочных. Конечно, можно попытаться разговорить тех, кто уже собирался уходить, но шанс попасть под горячую руку был также крайне велик.
Глава 9
– Нам нужны сплетники, Лора. И срочно, – шепнула ей Ханна, когда Ария скрылась из виду.
– Со сплетниками все не так просто. В их рассказах еще нужно будет отделить зерна от плевел.
– Ой, Лори, поменьше бы ты читала да побольше языком чесала. Я живо найду для нас какую-нибудь болтушку.
Лора закатила глаза, но лишь на мгновение: мимо них пронеслась мощная женщина с громадной цветастой сумкой.
– А что, у вас есть какой-то телепатический канал связи? – отшутилась Лора, на что подруга лишь цокнула языком.
В коридоре насчитывалось три белых пластиковых двери: раздевалка, хранилище номер шесть и цех номер четыре. Лора сразу отметила проблемы с нумерацией, а отходящий от стены плинтус говорил том, что ремонт здесь делался наспех.
Через пару минут, когда ни из одного помещения так никто и не вышел, Лора догадалась, что между ними наверняка есть сквозные проходы. Только она собралась дернуть за ручку двери, ведущей в цех, как позади послышался низкий женский голос с сильным акцентом:
– Вы так можете до ночи стоять. Идите за мной. Познакомлю вас с Броуди.
От неожиданности Лора встрепенулась. Та самая женщина в джинсах, худи и спортивной куртке с безразмерной сумкой открыла дверь в раздевалку и оставила ее приоткрытой, чтобы девушки успели прошмыгнуть.
– Странно, что Энн не сделала проход по ключам в раздевалку. Да в любой цех. Проходной двор! Если бы мы, конечно, не находились в такой глуши, можно бы было переживать. А так просто неприятно. Какой дурак сюда сунется? Хотя, может, и сунется. Здесь в принципе все находится в глуши. Такая особенность у нашего Хайленда.
Ханна толкнула Лору и задвигала бровями: мол, видишь, болтушка нашла нас сама. Оставалось лишь поспевать за ее беглой речью с шотландским акцентом.
Пройдя пустующую раздевалку, в которой все так же было абсолютно белым, включая мебель, крючки и автомат с планшетом для отслеживания рабочих графиков, женщина повела их вереницей узких коридоров, расходящихся из служебных помещений, как щупальца осьминога. Все это время она что-то бубнила себе под нос и слегка посмеивалась.
Наконец они вышли в полуоткрытое помещение со скамейками, длинным столом и прозрачным навесом. «Курилка», – подумала Лора и сдержала кашель. Уже темнело, и лица людей освещали только несколько уличных фонарей.
– Зато курилка у нас отменная. Находится далеко от животных и помогает не сойти с ума от работы, – точно завершая экскурсию, произнесла незнакомка. – Я Айлин, это Броуди и Кирстен. Вы же про пряжу приехали расспросить?
Броуди, высокий мужчина лет сорока с темными волосами, щетиной и длинным острым носом, был одет в белый защитный комбинезон. Кирстен оказалась маленькой тщедушной женщиной с жидким русым хвостиком и недовольным выражением лица, испещренного множеством морщин.
– О, я с радостью поведаю вам о пряже. Да, – ответил Броуди, сбрасывая пепел с сигареты в пепельницу.
Теперь и Ханна подавила кашель, села напротив, чтобы не прослыть ханжой из Англии. Лора присаживаться не торопилась и осталась стоять рядом с Айлин.
– С прошлым детективом мы даже пропустили пару-тройку десятков рюмочек, но так и не обсудили ни кражу, ни фабрику в целом. Да.
Броуди использовал диалектные выражения, говоря о выпивке, но все равно можно было разобрать, что он имеет в виду.
– Меня зовут Лора, а это Ханна. Вы тоже остались не в восторге от изменений?
– Ха! – выкрикнула Кирстен и скрестила руки на груди, опираясь спиной о столб. После этого она произнесла целую речь на шотландском, да так шустро, что Лоре оставалось лишь надеяться на перевод.
– Кири говорит, что проработала на фабрике двадцать лет и видела всякое. Но Лахлан никогда не падал до уровня женушки и относился ко всем нам как к равным, – действительно перевела Айлин.
– А еще с этими викуньями возятся. Вам уже говорили, что нам урезали зарплату, да? Рассказывают сказки о крупном заказе не пойми для кого, для каких-то шишек. Мол, после него мы уж точно заживем лучше, чем прежде! Куда у нас устроишься, всю жизнь работая с овцами? Уйти на другую фабрику или ферму нужно еще постараться. Такой у нас промысел – чужакам нигде не рады. Да.
Кирстен часто закивала и вновь разразилась монологом.
– Кири говорит, что Энн уволила более сотни человек. Можете себе представить масштаб трагедии? А она все в облаках витает, грезит какими-то миллионами. Еще сказала, что это ее бог наказал за жадность. Может, так оно и есть?
– Все наговаривают на начальство. Это нормально, да. Вы сами наверняка не раз так делали, – продолжил Броуди. – Но с Лахланом действительно можно было сесть и обсудить проблемы. Я готов поклясться, что он помнил имена всех работников! А вот Энн… Она нас ни во что не ставит, да. Думаете, мы не убеждали ее, что китайские машины не заменят ручной труд? Как будто работающие тут бабули получали баснословные деньги.
– Поди разберись теперь с этими машинами, – добавила Айлин. – Это уже я говорю, а не вспоминаю слова Кири. Черт-те что. Не ту опцию выставишь – всю партию загубишь. Да что уж опцию. На днях даже с верной опцией все пришло в негодность – больше центнера пряжи! Там что-то заело, в итоге не нити вышли, а конфетти. А кто в этом виноват? Ну уж явно не мы.
– Понятно. Значит, настроения у вас упадочные… – прокомментировала Ханна.
– А у кого есть доступ к помещениям с картами? Кроме Энн?
Лора решила все-таки присесть, несмотря на то что у нее начали замерзать руки.
– У заведующих производством. У нас их двое: мистер Дрю и красотка Хлоя. На фабрике работают давно и не стали бы красть пряжу, да. Мистер Дрю, кстати, главный по проекту с викуньями. У него чуть сердечный приступ не случился, когда он узнал о краже. А, еще у Оливии, да. Но она на фабрике бывает не чаще, чем к нам захаживают детективы. Ну
