Иван Стрельцов - Стихия боли

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 64

— Ну и добрэ, — буркнул представитель Министерства обороны. — Давайте, парни, готовьте своих головорезов. Вы начинаете. На то и морская пехота — части первого броска…

Покинув кают-компанию, разведчики поднялись на десантную палубу. Морские пехотинцы, сгрудившись вокруг бронетехники, ожидали новых приказов командования.

— Значит, так, — Давыдов обратился к командирам взводов. — Проинструктируйте саперов и заодно погоняйте их по пройденному материалу. На пользу будет и им, и вам. — В каждой разведроте кроме офицера должен был быть хотя бы один сапер. В среднем на взвод выходило шесть-семь бойцов, способных снимать и обезвреживать стандартные армейские мины. — Рассчитывать на то, что союзники, которые являются принимающей стороной, пожалеют, не приходится. Скорее наоборот, — продолжал наставлять взводных майор.

— Мины снимать? — переспросил оружейник Ку-Клукс-Клан, задумчиво почесав коротко стриженный затылок. — Выходит, что пойдем не на бэтээрах, а на катерах.

— Дай-то бог, чтобы не вплавь заставили добираться до берега, — недовольно проворчал Николай Иволгин. Перед этим походом он поругался с женой, которой в очередной раз клятвенно пообещал в кои-то веки съездить к ее родственникам на Урал.

— Скажут вплавь, пойдем вплавь, — закончил военный совет Давыдов. — Теперь за дело, времени в обрез, придется поднапрячься. Если облажаемся, то простой снятой стружкой не обойдемся.

— Вывернут наизнанку, это уж как дважды два, — согласился с майором ротный механик Вадим Парамонов. Он с Колесником был из контрактников, благодаря умелым рукам они стали в роте незаменимыми специалистами и держались с офицерами на равных.

— Товарищ капитан, разрешите обратиться, — перед Олегом Шуваловым появился старший сержант Рябичев. Двухметровый атлет с вытянутым лицом, обильно покрытым веснушками.

— Чего тебе, Рябчик? — спросил у бойца офицер. — Хочешь остаться на контракт, так это не ко мне. По возвращении в часть подашь рапорт, ротный подпишет.

— Не-ет, — как-то нараспев, произнес старший сержант. — Я только хотел спросить: правда, что есть такой тест — «Один против ста»?.. Ну… это, ну вы молодняку рассказывали на последней тренировке.

— Есть, — подтвердил капитан, — так готовят спецназовцев в Северной Корее. Для того чтобы сдать этот тест, на подготовку бойца уходит три года, а срочную там служат пять. Наши теперь будут служить год, так что даже хорошего спортсмена не удастся и наполовину приблизить к бойцу чучхе.

— Понял, — разочарованно проговорил Рябичев, засопев, как недовольный бык.

— И еще, Рябичев, «один против ста» — это не только крушить врагам руками и ногами черепа и грудные клетки, ломать шеи и вырывать позвонки. Это комплекс, сочетающий в себе рукопашный бой, стрелковую подготовку, работу с холодным оружием и подручными предметами. — Шувалов подмигнул старшему сержанту. — В общем, как говорил великий и картавый, «учиться, учиться и еще раз учиться». Так что три года — это всего лишь первая ступень. Иди, боец, и думай, чего ты в жизни хочешь. Только запомни: всегда приходится жертвовать одним ради другого. И чем больше ты хочешь добиться, тем большей будет твоя жертва, а главное, все равно это не гарантирует тебе, что ты поднимешься на вершину.

— Разрешите идти? — вытянулся боец.

— Иди.

— Что, ниндзя, вербуешь волонтеров для нашего кадровика? — с усмешкой спросил своего заместителя Давыдов. — Или он тебе обещал процент отстегивать за каждого завербованного?

— Да нет, — ничуть не смутившись, совершенно серьезно ответил капитан. — Просто за время службы насмотрелся на эту публику — срочников. Два года пашет как вол, сержантские лычки ему вешают, вроде все путем. А уходит на дембель и покатился под откос, в родной деревне беспробудно пьянствует, пока где-то либо прибьют, либо посадят. В городе, кстати, это быстрее происходит. И остаются только что воспоминания о службе, где он был человеком, его уважали, слушались. Так зачем пацанов бросать в пропасть гражданской жизни с завязанными глазами? Я же им просто глаза открываю.

— Философ, — покачал головой ротный, — настоящий замполит…

В самом начале они увидели океан — едва самолеты пошли на снижение и вынырнули из-за густой перины облаков, как в глаза ударило бирюзовое сияние бескрайней водной глади.

Огромный пузатый транспортник «Ил-76», двигающийся ведущим, сделал крутой доворот, следующие за головным истребители повторили этот маневр. И теперь летчики увидели серый лоскут посадочной полосы, вокруг которого виднелись причудливые коробки построек.

Пилотажные группы, которые должны были развлекать королевскую семью и гостей авиасалона летным мастерством, решено было разместить не под Бангкоком, где было запланировано прохождение самого салона, а на соседней авиабазе таиландских ВВС, что значительно увеличивало пространство между экспонатами и давало летчикам время на подготовку парных фигур при подлете.

Похожий на белого кита транспортник степенно заходил на посадку. Выпустив шасси, многотонный лайнер плавно опустился на бетон полосы. Из-под колес вырвались клубы дыма, сопровождающиеся противным визгом тормозов.

Едва «Ил-76» свернул на рулежку, освобождая место для посадки, как тут же один за другим, по очереди, пошли на посадку тяжелые «сухие» и легкие фронтовые «МиГи».

На земле летчиков ждала теплая встреча хозяев предстоящего салона. Летчики и техники, прилетевшие на транспортнике, выстроились в две шеренги, после чего министр обороны Таиланда, невысокий плотный мужчина в светло-коричневой форме с набором разноцветных наград, свисавших с узкой груди до самого глобусообразного живота, выступил с кратенькой речью и поблагодарил русских гостей, которые приняли приглашение его величества короля и посетили их страну.

Дальше выступил комендант базы, он вкратце объяснил условия проживания на вверенном ему объекте. Техников и офицеров боевого управления поселили в двухэтажной гостинице рядом со стоянкой самолетов. Для пилотов заблаговременно были выстроены на пляже, примыкающем к базе, отдельные бунгало. Небольшие тростниковые хижины внутри были обустроены по последнему слову, имели все необходимое для жизни и отдыха, начиная от ванны джакузи и заканчивая домашним кинотеатром, двуспальной кроватью с водяным матрасом и телефоном, по которому можно было позвонить не только в любое из бунгало или в справочную, но и сделать заказ на кухне.

Наталья Серпень бросила на кровать сумку с личными вещами и первым делом решила осмотреть ванную. Включив воду, она вернулась в спальню. Едва успела снять летный комбинезон, как раздалась пронзительная трель телефона. Видимо, из уважения к гостям звонок исполнял электронную версию «Подмосковных вечеров».

— Слушаю.

— Наташка! Здесь такой класс, прямо как в сказке, — захлебываясь от восторга, затрещала Светлана. — Я сейчас разложу свои шмотки и хочу искупаться в океане. Знаешь, когда-то в детстве родители возили меня в Крым, и я купалась в Черном море. А вот ни в одном океане купаться не довелось. Ты составишь мне компанию?

— Нет, — резко ответила Наталья, потом немного подумала и решила объяснением смягчить свой отказ: — Здесь очень опасные воды — если не нападут акулы, то запросто нарвешься на какую-то другую гадость в виде электрического ската или ядовитых медуз. А у нас слишком напряженный график. Так что лучше прими ванну и отдыхай.

— Спасибо, подруга, что предупредила, а то я, по своей наивности, точно вляпалась бы во что-нибудь, — по-прежнему не унималась блондинка, только уже по другому поводу.

— Да, и воду из-под крана не вздумай пить, если не хочешь в своем организме устроить рассадник тропических паразитов, — посоветовала подруге Серпень, прежде чем отключить телефон.

Генерал Гончарин был лишен такой привилегии своих подчиненных, как право на отдых. Он только и успел, что осмотреть свои апартаменты, да наполнить небольшую флягу из нержавейки марочным коньяком, как сразу же отправился в Бангкок на встречу с делегацией, которая уже две недели как оборудовала павильон достижений авиации России.

Следовало торопиться. Министр обороны, узнав, что русский коллега собрался в столицу, предложил свой вертолет, на котором возвращался с доклада королю.

— Разложишь вещи и выясни, как тут у них со жратвой, — распорядился генерал, обращаясь к своему ординарцу. — И смотри: чтобы никаких жареных пауков или охлажденных мозгов макак. Пища должна быть простая, но привычная — скажем, жареная свинина с картошкой или рис с морепродуктами, на худой конец курица гриль.

Министерский вертолет оказался устаревшей моделью американского противолодочного геликоптера «Си-Кинг». Винтокрылая машина с продолговатым туловищем фюзеляжа и закругленным лодочным носом была выкрашена в бледно-салатовый цвет, с бортов горделиво смотрели большие яркие эмблемы таиландской армии. Над черными колесами шасси нависали продолговатые, похожие на небольшие торпеды поплавки, позволяющие садиться вертолету на воду.

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 64